Ангел любви. Часть 1

А Патрисия облегченно вздохнула, что ей не придется десятки раз пересказывать свою историю и направилась к аукционисту, чтобы отдать ему распоряжения.

– Не поверю, что эта красотка – маленькая, страшненькая Стася, на которой вынудили жениться Стивена, – иронично приподнял брови Алан.

– Да он просто выдает ее за Стасю, а настоящую где-то прячет, – согласился с ним Арчи.

– Вы оба глухие, – засмеялся Шон. – Голос и интонацию очень сложно подделать. Не сомневайтесь, это она. Не зря тогда Лаки сказала Стивену, что делает ему подарок, за какой он будет благодарить ее всю жизнь.

Стася мило улыбалась, принимая поздравления. А заметив друзей мужа, направилась к ним. Вик подхватил ее, как пушинку и закружился вместе с ней.

– Эй, поставь мою малышку на место, – нарочито сердито воскликнул Стивен, подходя к ним. Поздоровавшись с Виком за руку, он поцеловал Лорен в щечку.

Стася, к большому огорчению любителей скандалов, не проявила недовольства, и сама расцеловала ее в обе щеки.

Прием понемногу набирал обороты, и ведущий программы объявил о начале благотворительного аукциона.

– Арчи, мы хотим услышать твою длинную историю, – напомнил Шон – Предлагаю после аукциона незаметно уйти и поговорить в каком-нибудь ресторанчике, или в нашем номере в отеле.

– Конечно, я расскажу, и готов уйти хоть сейчас. Только предупреждаю, что сам многое не понимаю в ней.

– Так может прямо сейчас и уйдем? Мне этот аукцион как-то… – Алану не терпелось разобраться в запутанных историях с родственниками, колдунами и Лаки. А заодно выпытать у Арчи, зачем отец давал ей какие-то обещания, и теперь так настойчиво это скрывает.

– Уйти до начала аукциона будет невежливо по отношению к родителям Арчи, даже оскорбительно. Не забывай, что на нас смотрят их друзья и знакомые, – охладил его Шон.

– Интересно, Стивен предупредил своих друзей о его правилах? Совсем не удивлюсь, если нет. Они любят поддевать и разыгрывать друг друга, – рассеянно сказал Арчи, замечая, как они усаживаются за столик рядом с его родителями.

Аукцион развеселил всех в зале. Одни гости хотели петь, читать стихи, танцевать, а другие старались их опередить и назначить цену, чтобы те этого не делали.