Верни мою дочь

До размахов твоего мужа мне, конечно, далеко, но с Малышевым у нас есть общий проект.

Сколько месяцев я ждала этой встречи… Не перечесть. Мечтала, что мой храбрый рыцарь заберет меня из лап злобного дракона. Но рыцарь не спешил. Вставал на ноги, я понимаю.

– Ты как всегда потрясающе красива, – с восхищением произносит он и неожиданно проводит пальцем по моей нижней губе. Кожа в этом месте сразу начинает полыхать.

Отпрянув, опять как дурочка оглядываюсь.

– Да нет его. Дима плотно вцепился в него. Специально на яхте закатил вечеринку, чтобы никуда твой Вольский не смог деться.

 – Я вообще только замечаю, что яхта движется. Мы плывем. – Ну и каково это быть Вольской? Знать, что весь мир у твоих ног?

– Неужели я слышу в твоем голосе обиду?

– Ты могла бы быть Савельевой, – обвиняющим тоном выдает он, и я качаю головой.

– Не могла, Тем. И ты это прекрасно знаешь.

Мне никто не дал право выбора, и за свою главную ошибку я сейчас расплачиваюсь сполна. Но я не жалею… Нет…

– Ты хоть вспоминала обо мне? – горько спрашивает Артем, и мне на секунду тоже становится невыносимо больно.

Мне всегда было больно, просто я научилась все прятать, маскировать, непринужденно улыбаться.

– Артем, у меня новая жизнь. Я отдала тебе все, что у меня на тот момент было. Больше, чем просто невинность. Свою душу отдала, просила защитить.

– Я не смог, прости, – понуро опустил голову Савельев. – Вольский тогда был сильнее меня. Он бы меня в щепки размолол.

Я усмехнулась, глядя на бывшего с толикой разочарования.

Он просто не в курсе, что вместо него Марк размолол в щепки меня. Когда тот узнал, что молодая жена у него – подпорченный товар, в моей жизни наступил настоящий Армагеддон.

– Вита, ты его любишь?

О, как я ненавидела этот вопрос. До зуда в ладонях, до чесотки в груди. Не попади я в модельный бизнес, я могла бы сделать головокружительную карьеру на актерском поприще.

Мой супруг имеет меня когда хочет, не спрашивая о моих чувствах и желаниях.

Он ограничивает мое общение с родной дочерью. Он шантажирует меня собственным отцом. Он превратил меня в тихое, забитое существо без права голоса и вообще без какого-либо права.

– Вит…

– Да, Артем. Я люблю своего мужа.

Врать легко. Смотреть на этот жестокий и отвратительный мир и врать, врать, врать. Всегда и везде. Нет ничего проще.

– Я так ждал нашей встречи, малыш. – Он мне не верит.

Гладит меня по волосам, и на миг моя броня трескается.