Память

– Ах вот как! – Майлз чуть отодвинулся от нее. – Служба новостей! Извините, сударыня. Мне не следовало разговаривать с вами без разрешения начальства. – И он сделал вид, что уходит.

– Нет, постойте… э-э… лорд Форкосиган. О!.. Вы, случайно, не родственник того самого Форкосигана?

Майлз нахмурился и напустил на себя суровость:

– Это мой отец.

– О-о! – выдохнула Вэллери, словно в озарении. – Тогда понятно.

«Так я и думал», – усмехнулся про себя Майлз. Он снова сделал вид, что хочет сбежать от нее. Дама впилась в него пиявкой:

– Нет, пожалуйста… Если вы мне ничего не скажете, я разузнаю все сама.

– Ну… – Майлз сделал длинную паузу. – С нашей точки зрения, это довольно старые факты. Наверное, мне можно рассказать вам кое-что, поскольку это касается меня самого. Но только все это не для публикаций. Обещаете?

– Слово барраярского лорда нерушимо, так? – ответила журналистка. – Я никогда не раскрываю своих источников.

– Хорошо, – кивнул Майлз, делая вид, будто поверил ей, хотя в словах его собеседницы и намека не было на какое-либо обещание.

Он придвинул пару стульев, и они устроились вне пределов досягаемости робофициантов, убиравших остатки банкета. Майлз откашлялся и начал свою историю.

– Биоконструкт, называющий себя адмиралом Нейсмитом, – это, возможно, самый опасный человек во всей галактике. Он хитер и решителен: и цетагандийская, и барраярская службы безопасности безуспешно пытались убить его. В лице дендарийских наемников он начал создавать свои вооруженные силы.

Вэллери с сомнением поднесла палец к губам:

– Он показался мне… таким милым, когда я с ним разговаривала. С поправкой на обстоятельства, конечно. Безусловно, храбрый человек.

– Да в том-то и гениальность и незаурядность этого человека! – вскричал Майлз и тут же приказал себе несколько сбавить тон. – Обаяние. Наверняка цетагандийцы – если это были цетагандийцы – предназначали его для чего-то экстраординарного.

– Минуточку, – задумалась Вэллери. – Вы говорите, что он ваш истинный клон, а не просто ваша копия? Тогда Нейсмит должен быть моложе вас.

– Да. Его рост и развитие были искусственно ускорены – видимо, до крайнего предела. Он… Где вы его видели?

– Здесь, в Лондоне, – ответила журналистка и хотела что-то добавить, но вдруг остановилась. – И вы говорите – Барраяр пытался его убить? – Она чуть отодвинулась от Майлза.