Память

Часть времени он парил, часть – падал. Мимо пронеслась кричащая женщина, умоляюще протягивая руки, но он не мог отпустить банку. Ударившись о землю, тело женщины взорвалось.

Майлз каким-то чудом встал на онемевшие ноги. Он чуть не выронил банку. Почва была густая и черная, не земля, а грязь, и она мгновенно засосала его по колено.

Тело и голова лейтенанта Марко лежали на поле битвы – там, где он их оставил. Холодными трясущимися руками Майлз достал содержимое банки и попробовал запихнуть спинной мозг клона в обожженную плазменным огнем чужую шею.

Но мозг упрямо отказывался подсоединяться.

– У него все равно нет лица, – критически заметила голова лейтенанта, лежавшая в нескольких метрах от собственного тела. – Он будет страшен как смерть в моем теле с этой штукой наверху.

– Заткнись, ты не имеешь права голоса, тебя нет, – огрызнулся Майлз.

И тут скользкий мозг вывернулся и упал в грязь. Майлз поднял его и неловко попытался стереть грязь рукавом адмиральского мундира, но грубая ткань, как терка, цепляла кусочки мозга.

Она зацепила целый лоскут драгоценной субстанции. Майлз тайком вернул содранный лоскут на место, надеясь, что все решат, что так оно и было, и продолжил запихивать мозг в шею.

…Он распахнул глаза и уставился в пустоту. Майлз задыхался, его била дрожь. Со лба стекали холодные капли пота. Осветительная панель ровно горела на неподвижном потолке камеры, скамья была жесткой и холодной.

– О Господи! Слава Богу! – выдохнул Майлз.

Галени встревоженно склонился над ним, опираясь рукой о стену:

– Все в порядке?

Майлз сглотнул и сделал глубокий вдох.

– И какая же жуть должна привидеться, если радуешься пробуждению даже здесь.

Он провел рукой по холодной надежной скамье. Потом судорожно ощупал швы на лбу. Лоб, слава Богу, был гладкий, голова болела так, будто над ней хорошо поработал хирург-недоучка. Майлз моргнул, зажмурился, снова открыл глаза и с трудом приподнялся на правом локте. Левая рука распухла и саднила.

– Что случилось?

– Сыграли вничью.

Мы с одним из охранников парализовали друг друга. К несчастью, второй оставался на ногах. Я очнулся примерно час назад. Получили максимальную дозу. Не знаю, сколько времени мы провели без сознания.

– Много. Но попытка была хорошая. Черт побери! – Майлз с трудом удержался, чтобы не хватить больной рукой о скамью. – Я был так близок к победе! Почти ухватил его!

– Охранника? Мне казалось, это он вас ухватил.

– Да не охранника, клона. Моего брата.