Один маленький грех

 – Но быть незаконной дочерью негодяя все же лучше, чем расти в приюте для сирот или в тех условиях, которые я могу предложить ей, как бы это ни печалило меня.

Она смахнула слезу, шмыгнула носом и схватила лежащую на диване намокшую сумочку.

Аласдэр остановил ее на полпути к двери:

– Мисс Гамильтон! В самом деле! Вы не можете впутать меня в неприятность и удалиться!

Мисс Гамильтон решительно повернулась и подошла к нему совсем близко.

– В неприятность, сэр, вы вовлекли себя сами благодаря вашей привычке обольщать и соблазнять! Это да еще пристрастие к рюмке, или двум, или двадцати! Так что даже не думайте перекладывать вину на меня!

Но Аласдэр уже хохотал.

– Обольщать и соблазнять, мисс Гамильтон? В самом деле!

Она подняла руку, как если бы собиралась дать ему пощечину.

– Не смейте смеяться надо мной!

Он перестал смеяться, взял ее руку и поспешно прижал к своим губам.

– Ладно, – сказал он. – Прошу меня извинить. Пусть это будет поцелуй мира. Мисс Гамильтон, мы наверняка можем прийти к соглашению, которое устроит нас обоих.

Я не вижу причин, по которым мы не могли бы договориться.

Она посмотрела на его разбитый лоб.

– Кто-то стукнул вас по голове, – пробормотала она, – и это повлияло на ваши мозги.

– Мисс Гамильтон, послушайте меня, – запротестовал он. – Вы ведь не хотите бросить свою сестру? А я очень богатый человек.

– Что? – Она смотрела на него с недоверием, но с проблеском надежды. – Хорошо, говорите, Маклахлан. Какая замечательная мысль пришла вам в голову?

Аласдэр невинно пожал плечами и постарался придать лицу самое ангельское выражение, которое никогда не могло обмануть Старушку Макгрегор.

Мисс Гамильтон, однако, была менее тверда или, возможно, в более отчаянном положении, потому что ее взгляд немного смягчился. Он замечательно умел притворяться! А она была такой хорошенькой, когда смотрела не так сурово.

– Что, если я куплю дом? – осторожно предложил он. – Скажем, на берегу моря? И, конечно, назначу приличное содержание. Правда, вы очень молоды.

Но все же вас можно было бы выдать за молодую вдову…

Мисс Гамильтон твердо покачала головой в знак несогласия.

– Молодых вдов – если это респектабельные женщины – берут в семьи их мужей, – произнесла она, перекатывая во рту «р» в слове «респектабельный» так, что получилось почти рычание, – или они возвращаются в свои семьи. Никто не поверит в эту чушь насчет молодой вдовы. И вы хорошо это знаете. – В ее голосе снова почувствовалось презрение.