Серебряный пепел

Тела подрагивают, речь неразборчива, а глаза туманные и в то же время дикие, словно они не здесь.

Работорговцы ведут нас наверх по лестнице, в конце которой я вижу свет. Выйдя на поверхность, наконец за столь долгое время, через окно я вижу дневной свет. Глаза начинает щипать и нужно пару минут, чтобы привыкнуть, но я готова заплакать от этого теплого желтого света. Раньше в этом помещении сидели люди, сегодня камеры пусты и ждут нас.

– Двигайте! – кричит работорговец.

Кто-то из впереди идущих дергает за кандалы, и они врезаются в запястья с такой силой, что руки краснеют.

И наконец мы выходим на улицу. Я останавливаюсь, открыть глаза почти невозможно, приходится щуриться. Но этот свежий воздух, ветер, обдувающий лицо заставляют меня улыбаться.

– Не стоим! – напоминает нам мужчина.

Нас ведут в центр площади к эшафоту, где уже проходят торги. Вся площадь заполнена людьми, так что нам приходится пробираться вдоль стены. Здесь не только покупатели, но и просто люди, желающие понаблюдать за данным зрелищем.

Нам приказывают остановиться и ждать своей очереди.

– Будь готова. – доносится у меня над ухом.

Я оглядываюсь назад, но человек исчезает в толпе. Голос не кажется знакомым и это точно не Август. Может за мной все же отправили солдата из Хэварда.

Главарь поднимается на эшафот и продолжает торги. Сменяются только люди, которых по очереди выводят к главарю. Это словно аукцион, кто больше предложит тот и забирает товар. В толпе можно заметить, как женщин, так и мужчин разных возрастов.

Тем, кого купили на руке пишут имя покупателя, цену и отводят обратно за решетку. Торги происходят быстрее, чем я ожидала. Наступает очередь Таситы, ее выводят в центр эшафота.

Главарь быстро оглядывает ее с ног до головы, не скрывая гримасу отвращения.

– Женщина лет тридцати пяти, хорошо сложена, может заниматься физическим трудом, особых недостатков не имеется, лишь гадкий шрам на шее. Начальная цена пять серебряников.

Тасита с каменным выражением лица смотрит прямо, будто здесь нет всех эти людей.

За нее борются двое, и в конечном итоге, один седовласый старик покупает ее за девять серебряников.

Спустя два человека, наступает моя очередь.

Я часто находилась в центре внимания, но это были балы и различные приемы. Когда меня выводят на эшафот, ужас пронизывает до костей. Эти оценивающие взгляды, люди рассматривают меня как товар, а не человека.

– Все тем, кто ищет себе жриц в дом любви и услады, может понравится наш следующий товар.