Серебряный пепел

Древнего звали Аристон, обычный земледелец из Кэлмора, который сводил концы с концами. В один момент ему надоела такая жизнь. Он решил разбогатеть на своем даре, путешествовал по странам, показывал, что умел. Его начали приглашать в знатные дома, где он развлекал лордов на ужинах и праздниках. Все шло хорошо, пока один король не приказал привести Аристона к нему.

Август съедает половину пирога и не собирается останавливаться на этом. Я поуютнее устраиваюсь в кресле.

– Истории для детей. – закатывает глаза Август.

– Аристону была подвластна стихия огня. Я видел его вживую на одной ярмарке, это было словно чудо. Он управлял им так умело, как будто сам огонь тек по его жилам. Аристона привели к королю, древний продолжал развлекал знатных особ уже при дворе. Со временем просьбы короля становились все страшнее. Аристону пришлось сделать множество ужасных вещей по его приказу. Древний устал и понял, что нужно остановиться, он попытался сбежать. Король не хотел отпускать Аристона, схватил всю его семью и держал в заложниках.

– Король тоже умер?

– Да.

– Он не должен был использовать Аристона.

– С чего ты взяла, что он использовал древнего? Может все было не так? Может, король платил ему или Аристон начал наглеть. – с набитым ртом говорит друг.

– Такова история, парень.

– Древние обладают силой равной богам, не думаю, что обычный король мог его контролировать.

– А как же семья?

– Но Аристон все равно сбежал, бросил семью.

– Может у него не было выбора? – подаю я голос.

– А может он был ужасным человеком, которой сжег замок?

– Ешь свой пирог. – я заставляю Августа заткнуться.

– Большинство людей видят лишь ту часть картины, где древний сжигает беззащитных людей. Поэтому многие считают, что такие как они не должны ходить среди нас. Не зря алые жнецы существуют до сих пор.

– Алые жнецы?

– Эти люди охотятся на древних словно они какая-то добыча, многие погибли от их рук.

Исайя замолкает, грустно смотря на искры огня в камине. Страшно обладать таким даром, но согласно истории, еще до первородного шторма, таких людей было очень много.

Мы сидим с Исайей еще немного, а потом Август вызывается проводить меня до комнаты.

– Как-то все это жутко. – говорю я ему.