Серебряный пепел

 – улыбается Август.

– Спешу тебя расстроить, сегодня подают запеченный картофель и рыбу.

Мы врываемся на кухню, где бываем частыми гостями. Многие слуги, работающие на кухне, знают меня с детства. Раньше мы с Августом прибегали сюда, ради историй Исайи. Исайя главный повар, который может приготовить настоящий шедевр абсолютно из всего, но больше чем его еду, любят его истории. Около камина на кухне стоят два кресла, в одно из которых садится Исайя, а во второе занимают маленькие слушатели – дети слуг.

Запах жаренного чеснока витает повсюду, и желудок издает звук.

– Ваше высочество, чего желаете. – добродушно спрашивает Исайя. – А ты не смей засматриваться на этого поросенка. – мужчина грозит Августу пальцем.

– Мы хотим есть. – говорит Август.

– Есть они хотят…нужно не пропускать ужин, тогда не будете прибегать сюда под ночь.

– Мы были очень заняты, королевские дела не требуют отлагательств.

Исайя с притворным удивлением глядит на парня. – И что же это за дела?

– Ну давай, мы же знаем, что у тебя что-нибудь да есть.

Исайя ставит перед нами тарелку с фруктами и овощами. Август этому не особо рад, но все же принимается чистить апельсин. Через пару минут мужчина достает пирог с яблоками, который пахнет просто невероятно.

– Я люблю тебя, Исайя, просто знай это. – подмигивает ему Август.

На кухне помимо Исайи находятся еще двое молодых поваров, один моет посуду, второй чистит картофель. Они переговариваются шепотом, мельком поглядывая на нас. Но не мы являемся объектом их обсуждений и даже не приближающаяся армия Кэлмора, а древний.

– Хватит нести чепуху, вон отсюда, закончите завтра. – не выдерживает Исайя.

– Вы не верите, что древние вернулись? – спрашиваю я мужчину, и Август закатывает глаза.

– Они не вернулись потому что никогда не исчезали.

– Хотите сказать, что они среди нас?

– Конечно, ваше высочество. Аристон показал, что будет если древние захотят вести обычную жизнь, не подавляя того, кем они являются.

– Аристон? – это имя я слышу впервые.

– Это долгая история.

–Мы никуда не торопимся, так ведь, Август? – я сажусь на кресло у камина.

Парень не сильно воодушевлен, но мне и правда хочется послушать, так что Августу не остается ничего кроме как согласиться.

– Пятьдесят лет назад. – начинает Исайя, садясь в свое кресло. – Мне было восемнадцать, когда по Терртену прошел слух, что древние вернулись. Никто не хотел в это верить.