Пожизненный срок

«Прошу тебя, только без глупостей, Юлия!»

Она обернулась и жестом приказала Сундстрёму и Ландену перекрыть лестницу в обоих направлениях, а Андерссону велела следовать за собой к двери. Они с Андерссоном стали по обе стороны от двери, уйдя с линии огня.

Нина несильно надавила на дверь. Она была заперта. Нина знала, что эта дверь закрывается автоматически, если ее специально не удерживать открытой. Она поискала на поясе складной нож, легким движением запястья открыла, просунула в щель для писем, приоткрыла ее и заглянула внутрь.

В прихожей горел свет. Из квартиры тянуло запахом типографской краски и еды. На коврике у двери валялась утренняя газета. Нина повернула лезвие ножа, чтобы прорезь оставалась открытой. Она извлекла из кобуры пистолет и убедилась, что патрон в патроннике, взглянула на звонок, дав понять Андерссону, что не хочет и дальше скрывать их присутствие.

Опустив пистолет, она нажала кнопку, и из квартиры послышался звонок.

– Полиция! – громко произнесла Нина. – Откройте!

Она прислушалась.

– Юлия, – позвала Нина негромко. – Юлия, это я, Нина. Открой. Давид?

Бронежилет давил на грудь, не давая дышать. Нина почувствовала, что на лбу выступил пот.

– Так это Линдхольм? – спросил Андерссон. – Давид Линдхольм? Ты знакома с его женой?

Нина сунула пистолет в кобуру, достала из внутреннего кармана кителя личный мобильный телефон и набрала знакомый номер городского телефона.

Андерссон подошел ближе.

– Послушай, – сказал он, оказавшись совсем рядом.

Нина отсутствующим взглядом посмотрела на Андерссона. В квартире одиноко зазвонил телефон. Звонки ритмично лились из щели почтового ящика.

Андерссон отошел на свое прежнее место. Звонки прекратились, включился автоответчик. Нина прервала вызов и набрала другой номер. На этот раз мелодичная музыка раздалась с пола в прихожей. Должно быть, мобильный телефон Юлии лежал в ее сумке, поставленной на пол.

Значит, она дома, подумала Нина. Юлия никогда не выходит из дома без сумки.

– Юлия, – еще раз позвала Нина, когда телефон переключился на голосовую почту. – Юлия, ты здесь?

Ответом была гробовая тишина. Нина отступила на несколько шагов, нажала кнопку на рации и негромко заговорила:

– Это 16–17. Мы допросили звонившего, и он сообщил, что звуки, которые он принял за выстрелы, раздались в квартире этажом выше.