Жизнь и одни сутки

– И на кой черт вам это нужно? – спросил Саня в неописуемом изумлении.

– Я занимаюсь бихевиоризмом и провожу социологическое исследование. Моя научная работа сводится к пониманию реакции людей в тех или иных обстоятельствах. Данный опыт позволит установить варианты поведения так называемого «вынужденного преступника» и выявить его психологию в экстремальных условиях. Вы сможете послужить науке.

– Я смогу послужить науке, сидя в тюрьме? – спросил Евлантьев, начиная злиться.

– Это вам не грозит.

Ведь за успешное прохождение эксперимента вы получите пять миллионов евро.

– Что ж так резко-то? – усмехнулся Евлантьев. – Почему не один миллион? Почему не полмиллиона? Думаю, и за пятьсот тысяч к вам бы очередь выстроилась.

– Мне не нужен человек из очереди, – веско сказал Незнакомец. – Мне нужны именно вы. Поэтому речь идет о пяти миллионах. Или вы цените себя ниже?

Тут Саня окончательно убедился, что его надувают. Стало обидно от осознания факта, что столько времени потрачено впустую.

Евлантьев поднялся и сухо произнес:

– Извините, господин Ебельгор, или как вас там? Но я не верю в такую работу и уж тем более в такие деньги.

Но сумасшедший ученый продолжал говорить, ничего не слыша:

– Представьте, сколько всего вы сможете купить на эти деньги! А главное, вы почувствуете себя свободным. Ведь малой доли этой суммы хватит, чтобы закрыть кредит и ипотеку.

Саня вздрогнул. Осведомленность этого Бельфегора начинала напрягать.

– Всего доброго, – бросил Евлантьев, более не желая участвовать в бессмысленном разговоре.

Однако едва он развернулся к двери, как Бельфегор снова окликнул его:

– Давайте хотя бы выпьем за встречу!

– Я за рулем.

– Вот как? А мне казалось, ваш автомобиль больше не ездит.

– Вы за мной следите?

– Мне не нужно следить, чтобы видеть картину происходящего, – холодно молвил Бельфегор и протянул Сане стакан виски.

Пойманный на лжи Евлантьев не смог отказать и вместе с доморощенным Мессингом испил жгучей жидкости.

После чего наконец распрощался и поскорее вышел за дверь. Однако тут его уже поджидали давешние конвоиры. У одного из них была повязка в руках.

– Да чтоб вам пусто было! – разозлился Саня, однако сопротивляться не стал.

Недавняя процедура повторилась: Евлантьева высадили у театра на Таганке, где он и начинал это не увенчавшееся успехом путешествие.

Глава Пятая

Поздно ночью Саня проснулся от сильной боли в сердце.