Наследие

Из-за четко очерченных скул лицо казалось узким и худым, но полные не накрашенные губы уравновешивали его, делая гармоничным. На девушке была футболка и джинсовые шорты, из-под которых выглядывали карманы. Она сняла очки, устало потерев переносицу, и внимательно изучила Люцифера взглядом.

– Ты одет не по-профессорски, – констатировала она.

Ее рука покоилась на спинке стула, а вторая лежала на ноге, и она неспешно перебирала пальцами, разглядывая его.

– Я пока не знаю, как одеваются профессора.

– Как полный отстой, – убежденно произнесла Ева, вставая и снова потягиваясь.

– С удовольствием.

Она направилась к холодильнику и распахнула его в поисках напитка. Две баночки нашлись среди чьих-то пакетов с едой. Она перебросила одну из них Люциферу, и открыла свою. Ева отсалютовала дьяволу банкой:

– За первый день.

Люцифер усмехнулся, открывая напиток. Кола тут же ударила в нос, но обдала приятным холодом пересохший язык. Ева присела на диван и похлопала по нему, приглашая сесть рядом.

– Ты не похож на профессора, – заключила Ева, потягивая из баночки кока-колу.

– Я побуду им недолго. Всего один семестр.

– Ты кто? – полюбопытствовала она.

– Я – Люцифер Утренняя Звезда. Дьявол.

– Понятно. А настоящего имени у тебя нет?

– Это настоящее имя, данное мне при рождении.

Брови Евы взметнулись вверх.

– Твои родители что, ролевики?

Люцифер на секунду замешкался, пытаясь понять, что она спрашивает.

– Или ты сам ролевик? – увидев непонимание на лице принца, она пояснила: – Ну, это субкультура такая, в которой люди превращают свою жизнь в игру и живут внутри нее, притворяясь кем-либо.

Дьявол хмыкнул.

– Нет, я не ролевик. Я самый настоящий дьявол.

– Ага, а я тогда демон, – скептически улыбнулась Ева. – Так, всё. – Девушка встала и выбросила пустую банку в мусорку. – Не хочешь говорить – не надо. А мне пора возвращаться к диссертации.

– О чем ты пишешь?

– Религия и власть в социально-философской мысли Ислама эпохи Средневековья.

В голове у Люцифера тут же пронеслись яркие картинки творившегося в те времена безумия.

– Ты аспирантка Джона?

– Да, – Ева вернулась за ноутбук и погрузилась в работу, но Люциферу не хотелось прекращать разговор.

– Почему именно философия?

Ева бросила на него недовольный короткий взгляд, но ответила:

– Я агностик.