В твоем плену

Дыхание у меня перехватывает, но ничем больше я не выдаю своего состояния. И мимика лица, и язык тела, и выражение глаз – все под контролем.

Он оценивает мою выдержку циничной ухмылкой.

– Это ты, – говорит прямо и хлестко, как щелкает плетью. – Я знаю, что это ты. Я вижу, что это ты.

Я никак не реагирую, и он замолкает, а после паузы тихо, без злобы, спрашивает:

– Как ты это сделала? Как тебе удалось? – и еще тише, горячным шепотом: – Как ты могла?!

Глава 1 Попадос

– Раиска? Ты откуда здесь?

Морщусь – русским именем меня давно никто, кроме деда и младшего братца, не называет.

И если первый делает это потому, что мое приобретенное американское имя для него все равно что ругательство, то второй вспоминает, что я урожденная Райка, только когда хочет меня позлить. Сейчас, казалось бы, не та ситуация – площадка у ворот «Рикерс» не кишит желающими встретить его и заключить в объятия после четырехлетнего заключения. Не кишит настолько, что тут только одинокая я, и ему следовало быть поприветливее, но когда Хайден поступал умно? Точно не в последние годы, иначе не оказался бы за решеткой.

– Оттуда, – равнодушно тычу большим пальцем себе за спину, куда убегает неширокая унылая дорога.

– Капитанишь, как всегда, – фыркает брат. – А твой муженек знает, что ты здесь? Или его должность не предполагает, чтобы ты знала, что он знает? – он усмехается, необоснованно довольный своим каламбуром.

– Нет. Он в командировке, ему не до меня. Надеюсь… Но – от греха – не мешало бы поскорее отсюда убраться.

Ты, полагаю, не против?

– То есть ты от него так и не ушла…

– А должна? – удивляюсь.

Муж и брат обоюдно недолюбливали, если не опускаться до оборотов типа "терпеть не могли", друг друга, и следует признать, причины для встречной неприязни у них были. Чисто профессиональные, но этого хватало, чтобы наложить отпечаток и на личные взаимоотношения. Так один запрещал мне видеться с другим, что приходилось изворачиваться и скрывать от него наши встречи, а второй не упускал случая настоятельно советовать мне развестись с первым.

У меня же на сей счет имеется свое мнение.

Закончив на этом обмен стандартными для нас приветствиями, мы молча загружаемся в папин «Мерседес» и, выехав на трассу, я беру курс на Вашингтон.

– Какой план? – спрашивает Хайден, с любопытством наблюдая, какой пункт назначения я забиваю в навигатор.

– Пока никакого, – коротко пожимаю плечами. – Отвезу тебя к отцу, а там что-нибудь придумаем.