Сны Лилит

 – Надо было сходить в клинику сегодня. Что-то нет настроения возвращаться на работу.

– Нам ещё два, – поворачивается издатель к официантке, которая проходит мимо. Я на секунду задерживаю на ней внимание: девушка в ситцевых свободных шортах в цветочек, напоминающих мужские трусы старого кроя. Когда-то у меня были такие трусы, и я совершенно не думал о том, как нелепо они выглядят.

Официантка забирает пустые бокалы. Мы с издателем молчим, поглядывая друг на друга. Он мой ровесник, то есть ему тридцать пять.

– Было бы неплохо, если бы ты закончил новый роман до конца декабря, – говорит он. – Тираж был бы готов как раз к весне. Я сейчас работаю с книжной сетью «Буква», но через год наши отношения закончатся. Жаль упускать такую возможность.

– У меня есть одна идея, – улыбаюсь я. Каштан над нашими головами шелестит листвой, временами роняя какой-то мелкий сор на столик. Я методично собираю его пальцами и сбрасываю на пол.

– Какая? – он с интересом смотрит на меня.

– Не-не! – я мотаю головой. – Я на этот раз не хочу ничего рассказывать заранее. Я уже на этом обжёгся в прошлый раз, когда выложил в сеть первые главы, а потом не мог себя заставить продолжать писать. Как будто выключилось что-то внутри после первой же похвалы.

– Жаль, – издатель тоже принимается собирать соринки со стола. – Но если тебе так лучше – ничего не говори.

– Идея хорошая, – всё же не могу удержаться я, – должно получиться гораздо интереснее, чем в первый раз. Правда, будет, как бы сказать, трагичнее. Или драматичнее. Кстати, в чём разница?

Нам ставят пиво. Листья снова шумят, и я накрываю бокал ладонью, чтобы сор не падал в напиток. Это всё восточный ветер. Не люблю его. В наших краях он не приносит прохлады, а только иссушает.

– Да это, в общем-то, одно и то же, – говорит издатель, пробуя пиво, – драма ближе к жизни, трагедия – высокое искусство.

– Высокое искусство мне недоступно, – я делаю вид, что шучу. Мы чокаемся, забыв, впрочем, произнести хоть какой-нибудь маломальский тост.

– Как ты вообще поживаешь? – безо всякого перехода спрашивает он.

Я пожимаю плечами. Что тут сказать? Прошло пять лет, как вышла моя первая книга. Теперь я снова женат. У меня второй брак, и слово «второй» здесь просто означает последовательность, а не качественную характеристику.

– Хорошо.