Дитя Вселенной

Видимо, боятся, что их дочурка сможет потратить свое драгоценное время на что-нибудь, кроме охмурения самого завидного жениха магического мира, – усмехнулась Ви. – Так что подругой я ее назвать не могу, но все же стоит сказать, что она милая. А еще очень заботливая, хорошо воспитанная и образованная. Знает французский, английский, эльфийских и тролльский. Из нее получится хорошая княгиня.

– Что верно, то верно, – мрачно протянула Ави. Она уже мысленно рыла могилку для своего счастья с Эриком, так как прекрасно понимала, что эта красотка из богатый семьи – куда более привлекательная кандидатура для будущего князя солеев.

– О, Геральд, я понимаю, о чем ты, – снисходительно улыбнулся Витольд. – Мы подумаем над твоим предложением.

С другой стороны стола послышался нервный кашель. Все обернулись на звук. Это Эрик подавился чаем.

– Эрик, лапочка, – прозвучал заискивающий голос Элеоноры, – вот скажи мне, где твои манеры? Рядом с тобой сидит такая чудесная девушка, а ты ей совсем не уделяешь внимания.

Сделай хотя бы комплимент, негодник!

Ави с отвращением фыркнула, увидев, как зарделась Эмели, которая прекрасно понимала, что речь идет о ней, а затем с любопытством посмотрела в сторону княжича. И вдруг напоролась на его загадочный и хитрый взгляд.

– Отличный купальник, Аврора, – нахально улыбнулся он, показывая ямочки на щеках.

Купальник?! Как он…

Аврора бегло взглянула на свою грудь и тут только поняла, что надеть полупрозрачный сарафан было не лучшей ее идеей за сегодняшнее утро.

Она мысленно выругалась, озадаченная тем, что привлекла внимание княжича к тому, что привыкла всячески скрывать. Она не любила глубокое декольте и всякого рода излишне открытую в этой области одежду. Главным образом не из-за того, что считала ее неприличной, но потому что была уверена, что все это предназначено для девушек с внушительным объемом. Ей же с ее «впадинами вместо груди» такое не светит. Только если в качестве катализатора для ускоренного образования из этих мыслей и мыслей о ляжках комплекса непоправимой дурнушки.

– Эрик! – прикрикнула на него Элеонора. – Как бестактно! И вообще…

– Не, ну а что? – продолжил издеваться над мачехой белокурый наглец. – Как по мне, голубой цвет идеально оттеняет пшеничные пряди…

– Соседка рядом, а не напротив, Эрик, – натянуто улыбнулась взбешенная, но все еще умело скрывающая свои чувства брюнетка.

– Ох, мадам Крофт, – смущенно произнесла Эмели с французским акцентом, – не стоило этого говорить.