Король плоти и костей

Снова подхватив меня на руки, Король раскачал мои скрюченные ноги – так, чтобы с них свалились туфли, после чего вошел в воду.

– Ты никогда больше не увидишь внешнего мира.

Ну уж нет.

– Никогда – это слишком долго.

Тепло окутало меня, когда он бережно уложил меня в воду; осторожно намочил волосы: совсем не похоже на того зверя, который только что переломал мне ноги. Мужская рука без стеснения заскользила по моему телу, смывая грязь.

– Ты моя, Ада. – От его мрачного шепота, щекочущего ухо, кожа моя покрылась мурашками.

 – Моя служанка, моя игрушка, моя женщина. Я никогда не отпущу тебя.

Конечно, не отпустит, но в какой-то момент я все же сбегу от него. Сбегу от дьявола, который…

Его язык скользнул по моей влажной шее, а кончики его пальцев отправились в путешествие между моих ног. Они кружили, окунались, дразнили, пока я не заскулила от желания, граничащего с болью.

Невольный стон сорвался с моих губ.

– Прекрати.

– Возможно, я был слишком груб во время нашей последней встречи.

 – Его палец кружил внутри меня, надавливая на стенки, создавая ощущение наполненности. – Оставил тебя неудовлетворенной… Ц-ц-ц, как жестоко с моей стороны.

Руки его легли на мою талию, обхватили, приподняли и усадили меня на край бассейна. А я лишь стиснула зубы, когда он раздвинул мои колени, заставляя раскрыться перед ним.

И подпрыгнула, когда его большой палец погладил мой пульсирующий от порочной жажды клитор.

– Я тебя ненавижу.

– Это лишь до тех пор, пока я не поцелую тебя… сюда.

 – Он ущипнул набухший бутончик, и я почувствовала, как меня выгибает дугой от этого грубого прикосновения. – Высосу твои соки, запущу в тебя язык и буду работать им до тех пор, пока ты не взмолишься, умоляя о члене. Какой-нибудь смертный когда-нибудь доставлял тебе подобное удовольствие?

Его вопрос лишил меня голоса, лишил дыхания, бросил в дрожь, и я лишь покачала головой.

– Ну так позволь мне.

Дорожка поцелуев потянулась по внутренней стороне бедра к лону. Бархатный язык огладил устье, пополз выше, выше, пока…

– О мой бог!

Прижимающийся к моему лобку, застывший в ухмылке рот пробормотал:

– Именно так.

– Пожалуйста…

– Я доставлю тебе такое удовольствие, какого не доставлял никто другой. – Он облизал, посасывая, мои срамные складки, потом его широкий язык сместился к центру, закружил у входа, то и дело ныряя внутрь, вознося меня на высоты, неведомые мне прежде. – Ох, моя маленькая смертная, как же ты вкусна.