Сведенные судьбой

Габриель ходил взад-вперед перед беседкой, как тигр в клетке. Он не мог в это поверить. После всех хитроумных брачных ловушек, которых ему удавалось избежать, его все-таки застукали. И не с какой-нибудь искушенной соблазнительницей и не с признанной в обществе красоткой. Поражение ему нанесла эксцентричная девица, на которую никто даже внимания не обращает. К несчастью, Пандора была дочерью графа, и это означает, что, даже будь у нее справка о сумасшествии – что, конечно, из области фантастики, – ее честь должна быть спасена.

Главное впечатление, которое она оставила о себе, – постоянно выплескивавшаяся нервная энергия, будто она ожидала взмаха флага на старте. Казалось, даже в мельчайшем ее движении был заложен взрывной потенциал. Это полностью разрушало внутреннее спокойствие. В то же время он поймал себя на мысли, что ему хочется овладеть этим брызжущим огнем и направить его в нужное русло, пока девица не ослабеет и не раскинется под ним в изнеможении.

Уложить ее в постель не составит большого труда, а вот все остальное, связанное с ней, может стать проблемой.

Хмурый и встревоженный, Габриель прислонился к колонне, поддерживавшей беседку.

– Что она имела в виду, когда сказала, что потеряет все, если выйдет за меня замуж? – спросил он громко. – Возможно, она влюблена в кого-то. Если так, то…

– Существуют молодые женщины, – сухо заметил Уэстклиф, – чьи жизненные цели не включают в себя поиск мужа.

Скрестив руки на груди, Габриель насмешливо глянул на собеседника:

– Правда? Что-то я таких не встречал.

– Как мне кажется, такая встреча только что состоялась. – Граф оглянулся и посмотрел вслед Пандоре. – Тихоня… – еле слышно вымолвил он с задумчивой улыбкой.

Помимо отца у Габриеля не было другого человека, которому он мог бы всецело доверять. Граф был для него как дядя. Он относился к тем людям, которые всегда следовали кодексу чести.

– Я уже знаю ваше мнение о том, как должно поступить, – пробормотал Габриель.

– И разделяешь это мнение как подлинный джентльмен. Девушка с поруганной репутацией отдается на милость света, – напомнил Уэстклиф.

Засмеявшись, словно не веря себе, Габриель покачал головой.

– Разве я могу жениться на такой особе? – Она никогда не будет соответствовать его понятиям о жизни. В конце концов они прикончат друг друга. – Она наполовину дикарка.