Осенний поцелуй

– Мама, – запротестовала Лилиан, – пожалуй, во всем цивилизованном мире не найдется места более скучного и безопасного, чем Стоуни-Кросс-Парк. Я готова съесть собственные туфли! Какая беда может с нами приключиться?

– Вы умеете сотворить беду прямо из чистого воздуха, – возразила Мерседес, и ее глаза сузились. – Вот поэтому я с вас глаз не спущу. Взять хотя бы ваше поведение в прошлый приезд. Удивляюсь, как нас вообще сюда пригласили!

– А я нет, – сухо заметила Лилиан. – Все знают, что Уэстклиф имеет виды на папину парфюмерную компанию.

– Лорд Уэстклиф, – прошипела Мерседес. – Лилиан, тебе следует говорить о нем уважительно. Это самый богатый лорд Англии, а что касается его происхождения…

– Его род древнее, чем у самой королевы! – произнесла Дейзи нараспев. Все это она уже много раз слышала.

– Самый древний графский род в Британии, что делает его наследника…

– Самым разборчивым женихом в Европе, – закончила сухо Лилиан, насмешливо приподняв брови. – А может быть, и во всем мире. Матушка, если вы всерьез верите, что Уэстклиф может жениться на ком-нибудь из нас двоих, вы просто сошли с ума.

– Она не сошла с ума, – сказала сестре Дейзи. – Просто она из Нью-Йорка…

Там, в Нью-Йорке, людей, подобных Боуменам, становилось все больше. Такие семьи в фешенебельных кругах считали выскочками. Они сумели сколотить крупные состояния в промышленности, на заводах или рудниках, тем не менее попасть в высший свет Нью-Йорка у них не было никакой возможности, а они так жаждали туда проникнуть! Одиночество, обида – вот что питало амбиции Мерседес.

– Мы заставим лорда Уэстклифа забыть ваше прискорбное поведение во время прошлого визита, – сурово объявила Мерседес. – Вы будете вести себя скромно, тихо, прилично. И больше никаких «желтофиолей»! Я хочу, чтобы вы отныне держались подальше от этой нахалки Аннабел Пейтон. И той другой, как ее…

– Эви Дженнер, – сказала Дейзи. – А ведь одна из подруг теперь Аннабел Хант, мама.

– Аннабел действительно вышла замуж за лучшего друга Уэстклифа, – заметила Лилиан безразличным тоном.

– Я подумаю, – пообещала Мерседес, подозрительно глядя на дочерей. – А пока что вам нужно хорошенько поспать. И чтобы ни звука ни от одной из вас, вы меня поняли?

– Да, мама, – ответили они хором.

Дверь закрылась. Ключ решительно повернулся снаружи. Замок щелкнул.

Сестры посмотрели друг на друга с одинаковой ухмылкой на лицах.