Муж и жена – одна сатана

Если устроить костер в нем, то огонь не выйдет за контуры. Удобно.

Интересно, если я попрошу Одена отдать мне эту комнату, то как далеко он меня отправит? Или, может, начертит мне такой же круг? Я, конечно, и сама могу, но провожусь уж очень долго.

Оден без всяких церемоний посадил меня на какой-то жесткий стул:

– Потерпи минутку, хорошо?

Жизнь с некромантом – это страшно. Страшно познавательно и удобно. Потому что буквально через минуту после слов Одена в комнату ворвались скелеты с дровами. Они шли маршем и ровненькими рядами сгружали дрова прямо в круг.

Вот это дисциплина! Вот это организация! И даже не напрягся – силы не занимать. Хотя я все еще продолжала трястись в ожидании огонька, потому что у Одена как раз возникли проблемы – поджечь было нечем.

– Где же поджигающий пергамент?

Терпеть сил не было, я тяжко вздохнула и попросила:

– Отвернись.

– Зачем?

– Просто отвернись!

– Я же все равно подсмотрю.

Ну и как с ним спорить? Что он там подсмотреть хочет? Плащ-то давно скинут и забыт, я в одной ночной рубахе.

Сколько бы наставницы в пансионе ни говорили мне, что неприлично сидеть перед кем-то в нательном белье, я не понимала причины. Эта рубаха в десятки раз скромнее, чем мое самое скромное традиционное платье.

Хотя просила я отвернуться Одена не поэтому.

– Хорошо, но имей в виду: в следующий раз я плюну в тебя, – ответила я и сделала то, что могут сделать даже маги с зачатками силы. Плюнула огнем прямо в успешно принесенные скелетами дровишки.

Те вспыхнули моментально.

– Ого! – у Одена глаза аж загорелись. – Ты прямо как огненная гадюка! И чего только отвернуться просила?

Что-что, а комплименты он умеет делать. Огонь его забери, и почему из нас двоих без опыта отношений именно я? Если он всем девушкам такое говорит, удивительно, что на него кто-то вешается.

Вслух, разумеется, я этого не сказала. И не последней причиной было его искреннее восхищение.

– Тебе что-то не нравится? – спросила я, ступая прямо в разгорающийся костер.

– Нет, мне все нравится. И даже ты, – просто ответил Оден. Искренне, явно без какой-либо задней мысли. Но я, адское пламя меня побери, смутилась!

Наверное, именно поэтому вместо того, чтобы сказать, что Одена я, в принципе, тоже не ненавижу, я ляпнула:

– С учетом твоего вкуса не могу сказать, что меня это радует.

И тут же устыдилась. Но Оден в ответ лишь рассмеялся и повторил:

– И ядом, и огоньком плюешься. Грейся, уважаемая женушка.