Очень большая игра

 – Кто подстрахует? Барч, ты?

– Оба, – ответил тот, поднимаясь, наконец, и пряча револьвер в кобуру, без особых затей подвешенную прямо на стойке двухъярусной кровати. – Что-то неспокойно мне.

– Значит, оба, – не стал возражать Асти. – Спорить с ищейкой – себе дороже.

Шанли и правда поджидал ее рядом с трапом возле выхода для обслуги и радостно замахал рукой, едва увидев:

– Ну что, красотка, готова?

– К чему? – искоса глянула на него Лит, не прекращая, впрочем, улыбаться в ответ: парень был хорош – и прежде всего, как ни странно, своей искренностью.

– К лучшей в твоей жизни прогулке, конечно! Была тут когда-нибудь? – махнул тот в сторону города, подковой изогнувшегося вокруг бухты.

– Нет, – честно призналась Лит, всматриваясь в светлые охристые домики, узкие улочки и верхушки пальм над крышами.

Но городок ей уже нравился, даже отсюда. Не слишком большой, совсем не шумный, зато явно очень старый. Парешшо. Он действительно был основан чуть ли не три тысячи лет назад и за такой срок много чем успел побывать – начиная от южных морских ворот древней, античной еще империи и кончая неприступным пиратским гнездом, с которым империя уже совсем другая, возникшая на обломках первой, едва смогла справиться не так уж и давно.

Но сейчас тот будто уснул, лишь вспоминая о былой славе. Или не вспоминая, что верней. Нынешний Парешшо был известен разве что храмом одного из младших богов, якобы основанным им самим, да ручной работы кружевом, давно вышедшим из моды. Ах да, еще какой-то особой выпечкой…

– А мы в кофейню зайдем? – неожиданно для себя оживилась Лит.

 – Говорят, здесь что-то интересное пекут… Ушки вроде?

– Ракушки! – рассмеялись ей в ответ. – Конечно, зайдем и, конечно, попробуем. Оно и правда того стоит.

– Ага. Ну так пошли?

– Пошли!

То, что вслед за парочкой увязались и два невнятных мужика, осталось никем не замеченным. Во-первых, мужики те свое дело знали и ненужных взглядов избегать умели прекрасно, а во-вторых… Каждого кочегара, тоже отпущенного немного пройтись по городу, не отследишь.

Удивительно, но Лит и в самом деле получила от этой прогулки массу удовольствия: и от посещения руин древней крепости, откуда открывался потрясающий вид на залив; и от бесцельного вроде бы шатания по узеньким улочкам старого центра, пропахшего въевшейся за столетия солью, пыльной штукатуркой и, как ни странно, сбежавшим молоком; и от кофейни, по словам ее кавалера, той самой, где «ракушки» и придумали.