Комиссар Хольмг. Вархаммер 40 000

Она пролетела мимо, разорвавшись совсем рядом, в один момент, уничтожив целое отделение пехотинцев, превратив тех в кровавое месиво, и смертельно ранив осколком водителя огнеметной бронемашины. Его бьющееся в смертельной агонии, тело, все еще истекало кровь, фонтаном бьющей из разорванной трахеи, когда Доу занял его место у штурвала. К грохоту и шумам, наполняющих кабину «Адской Гончей» примешались натужные хрипы умирающего водителя, которые стихли уже через минуту, когда мучимое предсмертными судорогами тело, наконец, перестало дергаться.

Но, поглощенные текущей схваткой, никто из находившихся рядом с ним, не обратил на это своего внимания.

– Справа! – Крикнул кадет-комиссар огнеметчику, направляя машину на волну зеленокожих, несущуюся прямо на них.

Вихрем вырвавшееся из ствола, пламя, охватило группу здоровых орков, пытавшихся пробиться к смертоносной машине. Отвратительный запах горелого мяса, уже до этого наполнявший кабину, усилился, хоть это и казалось, невозможным.

– Центр! – Снова выкрикнул Доу, продолжая направлять охваченную по бортам машину, в сторону ксеносов.

От проникающего внутрь дыма перехватило дыхание. Бушующее снаружи, пламя, уверенно пробивалось к намеченным жертвам.

– Нужно уходить! – Крикнул Графт, понимая, что еще немного, и огонь полностью охватит кабину, и тогда…

Вместо ответа, кадет-комиссар увеличил скорость до предела, и «Адская Гончая», из последних сил рванулась вперед, уничтожая и давя, все, что попадалось на ее пути. Внезапно, Армений увидел впереди уродливую конструкцию, на которой был закреплен большой таран и несколько тяжелых орудий, и понял, куда нацелился Доу.

Самоходная платформа орков, стояла, как раз, рядом с автозаправщиком, и была сейчас, как нельзя более, уязвима.

– Варп меня забери… – Выругался Графт, осознав, что хочет сделать кадет-комиссар.

Он хотел крикнуть, что это безумие, и что он не согласен вот так, здесь, умирать, но в этот самый момент, снаружи раздался взрыв.

Армений пришел в себя, и отчаянно тряся головой, постарался оценить ситуацию.

Из-под приборной доски вырывалось наружу пламя, и, уже почти, подобралось к повисшему на штурвале, кадет-комиссару. Одновременно, с осознанием того, что теперь, нет того, кто мог бы его остановить, перед Графтом замаячил слабый лучик надежды.

«Надо валить» – С этой яркой, как вспышка взрыва, мыслью, он устремился к заднему люку.

Но, должно быть Сам Император был против его спасения. Снимающий блокировку рычаг, заклинило.