Комиссар Хольмг. Вархаммер 40 000

Мне сейчас так нужна Твоя помощь»

Ответом на эту молитву стало то, что, когда покореженный трак, наконец, разорвался, остановился каток и поврежденный мотор, это огромное механическое сердце бронемашины, затих, окончательно перестав стучать, до того места, где встал на починку «Красавчик», оставалось не более десяти километров.

МЕЖДУ РЭКУМОМ И НЕМОРИСОМ. ДЕНЬ 2. ПОСЛЕ ЗАКАТА

Отряд из одиннадцати человек двигался по сумрачному лесу. Трава, цвета густой болотной жижи, доходила высотой до груди, так что, глядя со стороны, могло создаться ощущение, что люди не идут, а плывут, по густому, почти черному, морю.

Двигаясь форсированным маршем, Кимдэк, хоть и устраивал кратковременные привалы, постоянно подгонял людей, поддерживая заданный темп. Отряд продолжил движение, и когда начались сумерки. И, даже наступившая вскоре ночь, не принесла ожидаемой остановки. Единственным послаблением стало то, что, после нескольких падений и одной вывихнутой кисти, Кимдэк позволил снизить скорость передвижения.

Наверное, Император и впрямь услышал его молитвы. По крайней мере, так подумал Роглев, когда сквозь окутавший его мрак ночи, он начал различать очертания «Красавчика».

«Император защищает» – Взмолился мысленно капитан, складывая на груди аквилу, обретая еще больше уверенности и спокойствия, едва до его слуха донесся оклик часового, увидевшего приближающуюся фигуру.

– Капитан Роглев. Личный номер 6934951. – Отозвался Сол. – Где командир экипажа?

– Докладываю, капитан. – Бодро рапортовал гвардеец, разглядев в свете фонаря подошедшего Сола. – Сержант Ким с личным составом, в соответствии с приказом, совместно с кадет-комиссаром выдвинулись в Неморис. Наряд из трех гвардейцев оставлен для охраны неисправного транспортного средства.

– Давно? – Сол перебил гвардейца, не дав тому договорить.

Тот мысленно что-то прикинул:

– Пять часов назад, капитан.

Роглев сфокусировал взгляд на дежурном, затем, медленно перевел его на «Красавчика», а с него высоко вверх, где во мраке темноты притаилось пасмурное небо, роняющее вниз одинокие, пресные слезы. Там, взгляд капитана застыл на мгновение, пока одна из холодных капель, редко падающих на землю, не попала в глаз.