Отдайте сердца

Отец не брезговал поднять руку, если сын получал плохие отметки в школе, или учителя жаловались на его поведение. Он следил, чтобы мальчик вставал с первыми лучами, и гонял его: физические упражнения, фехтование, стрельба, ну и, конечно, не меньше ста страниц чтения в день, чтобы ум развивался тоже.

Горано-старший служил в армии и того же ждал от сына, да не просто ждал – знал, что тот должен превзойти его, поэтому с ранних лет взялся за воспитание по-своему. Грей хотел того же, но мечты обоих изменил Алеонте.

Умер дед, и отец, взяв мальчика, отправился на юг, чтобы решить вопрос с клочком земли, доставшимся в наследство.

Не прошло и недели, как отец погиб по ошибке мага-юнца, слишком верившего в свои силы. Так Грей остался один в чужом городе. Мать умерла десяток лет назад, собственным жильем семья не обзавелась – возвращаться было незачем. У парня осталось небольшое наследство деда да мечта отца – через пару лет он смог воспользоваться деньгами и оплатить обучение в полицейской школе Алеонте.

Сейчас, спустя года, Грею казалось, что он сам искренне хотел поступить, но червоточина сомнения говорила, что не нужны ему ни армия, ни полиция – то был выбор отца.

И он же до сих пор заставлял не спать и загнанной лошадью бегать по городу, пока дело не будет закончено.

– Сегодня уйду пораньше, – пообещал Грей, потянувшись к чистым листам. Он вспомнил, что уже почти неделю не писал Мерсаде – накопилось много всего, что хотелось рассказать. Во время письма к нему часто приходили новые мысли – он будто разговаривал с девушкой как раньше, когда они работали вместе и помогали друг другу.

– Не уйдешь, ты же лошадь-тяжеловоз, такие всегда тащат груз. Парень, который в тринадцать остается один, но с деньгами и не становится ни преступником, ни развратником, а затем служит городу – ты что, святой?

– Только не говори это псам Эйна, – быстро улыбнувшись, Грей склонился над листом.

Пришли двое других инспекторов, и Ремир вцепился уже в них, засыпав разговорами и шутками, а те отвечали грубоватыми ухмылками.

Слова лились так естественно – в жизни Грей говорил меньше, чем писал. Буквы выходили прямые и четкие, почти как напечатанные, но правый край строки постоянно уходил вверх. Мерсада писала еще менее красиво – буквы разлетались как птицы и были написаны легко-легко, под стать ее непоседливому характеру. Она никогда не могла усидеть на месте. Грей хотел думать, что именно из-за этого она не отвечает на его письма, но причина была в другом.