Без маски

 – Она запустила пальцы в мои волосы, и я потянулся к ее губам.

Закрыв глаза, я попытался отдаться этому поцелую, представляя другие губы, настойчивые, которые пьют из меня жизнь. Я прикусил ее нижнюю губу, посасывая ее, как она любила. Быстрые поцелуи по скулам, а руки сжимают грудь. Почему такая маленькая? Похрен, мне требуется разрядка.

Трусики полетели в сторону, а мои губы прошлись по шее и опустились к соскам. Мозг среагировал тут же, напоминая о пальце во рту Лив, когда она танцевала, о закатившихся глазах, пока она гладила себя.

Я стянул свои трусы-боксеры и устроился поудобнее между ее бедер, но не почувствовал отдачи. Она всегда стонала, шептала мое имя, ласкала меня, а не лежала бревном.

– Гранд, презерватив. – Вот и добился реакции, что иллюзия развеялась.

– Нет, – рыкнул я.

Я хочу снова ощутить стенки тугого влагалища, получить весь спектр эмоций без резинки, от которой у меня уже начинался зуд.

– Гранд, слезь с меня! Я не принимаю таблетки. – Аманда оттолкнула меня, и я со стоном перекатился на спину, тупо уставившись в потолок.

– Принимай их, меня достало это, – раздраженно сказал я и встал с кровати.

– Они гормональные, и ты знаешь, что я не хочу потерять форму, – причитала Аманда.

– Тогда пошла ты на хрен, – фыркнул я, быстро одеваясь.

– Куда ты? – закричала девушка.

– Отвали! – рявкнул я, доставая из шкафа футболку.

– Только попробуй поехать к ней! Только попробуй мне изменить, я разорву контракт! – завопила Аманда, набросив халат и выйдя следом за мной из спальни.

– Делай что хочешь, – повел я плечами, обуваясь. – И запомни, я оплатил твои съемки, когда тебя не хотели брать. И все, что я получил, – это ванильную хрень. Я хочу секса, животного и горячего. А ты меня задолбала! Я больше не собираюсь жрать одну зелень. Я хочу мяса, я хочу крови, я хочу бухать и курить, я хочу жить, твою мать! А не быть гребаным домашним растением, которое ты иногда поливаешь! Ты выставляешь меня идиотом перед моими друзьями!

– Не перед друзьями, а перед ней! Она ужасная, плохая, она шлюха, и ты не похож на нее! – истерила Аманда.

– Заткнись, – процедил я. – Не смей о ней что-то мне говорить, а тем более, обзывать ее. Это я плохой, ты ни хрена не знаешь о моей жизни, потому что ты вся такая идеальная Барби, что уже тошнит.