Враг моего мужа

С его голосом случилось что-то странное: из грубого он превратился в какой-то… визгливый, что ли. И тон такой заискивающий. Передо мной? Вот сомневаюсь.

И он добавляет:

– Отличного отдыха, шеф, – и уходит.

Дверь за спиной хлопает, я вздрагиваю, снова принимаюсь растирать покрасневшее из-за сильной хватки запястье и смотрю на человека, стоящего у окна. А он медленно поворачивается, наклоняет вбок голову и прищуривается, глядя на меня абсолютно холодным взглядом. Скучающим.

Артур Крымский. Это точно он, сомнений быть не может.

Довольно высокий, широкоплечий, в сером модном костюме, на запястье заложенной в левый карман руки массивные часы. Светлые волосы, льдистые глаза, аккуратный нос, тонкие губы.

Я всё это успеваю рассмотреть, пока Крымский молчит. Его взгляд не блуждает по моему телу, не липнет к коже. Он… замораживает.

– Ты вообще кто такая? – раздаётся, когда мне кажется, что ещё чуть-чуть и замёрзну от его взгляда. Даже мурашки россыпью на голых плечах. Или это из-за кондиционера? Не может же обычный человек так смотреть на другого?

– Я Злата, – говорю.

Голос удивительно спокойный, не срывается. Молодец, Златка, умница. Крымский делает шаг в мою сторону, а я давлю в зародыше желание отпрянуть назад. Нет, я не для того такой путь проделала и рисковала, чтобы сейчас сдаться.

– И что мне делать с тобой, Злата? – усмехается, будто бы действительно здесь очень много вариантов.

– Артур… – я называю его по имени, а Крымский вроде бы удивляется.

Какая-то тень мелькает в его стылых глазах, но он моргает и гасит эту эмоцию. – Нам надо поговорить. У меня есть информация для вас, очень важная. Мне… мне нужна ваша помощь.

Артур снова прищуривается и в одно мгновение оказывается напротив. Кабинет у Крымского небольшой, а шаг широкий, потому уже через мгновение меня волной властной энергетики относит назад. Словно бомба рядом взорвалась.

– Помочь? Я? Тебе? – разграничивает вопросы многозначительными паузами, наступает, и мне ничего не остаётся, как вжаться спиной в стену.

 – Я похож на филантропа?

В голосе ирония и лёд, но я киваю и, собрав всю свою волю в кулак, смотрю на Крымского.

– Ну? Что у тебя? Денег на новые сапоги не хватает? Или младшему братишке есть нечего? Маме в деревне нужно помочь? – он уже откровенно издевается надо мной. – А ну, смотри в глаза.

Резкий приказ подобен удару хлыста по обнажённой коже. Даже, кажется, свист в рассекаемом воздухе слышу.