Согрей меня

Стас проехал по грунтовой дороге, свернул на неширокий проспект, выехал на центральную улицу, по обе стороны которой теснились ряды магазинчиков под яркими вывесками. Глаз зацепился за название кофейни «Итальянский пряник». Стас напряг вечно работающий мозг, попытался вспомнить, пекут ли итальянцы пряники, но ничего на ум не пришло.

«О чём я думаю?»

Нет, пряники ему не подходят – ему нужна тяжёлая артиллерия. Кофе его тоску не вылечит.

Стас ехал медленно, вглядываясь в вывески. Магазин женского белья, детской одежды, игрушек, сувенирная лавка… кафе «Лучик», бар…

Вот, бар! Стас на глубинном уровне почувствовал необходимость окунуться в шумную атмосферу.

Найти место, где всем друг на друга плевать, слиться с толпой и отметить этот день бокалом пива. Или, может быть, коньяка.

Но Стасу не повезло: в этом баре не затевали драки, не лился рекой алкоголь и не блуждали доступные женщины в поисках приключений на ночь. Кроме пухлого бармена; тощего, как ивовый прут, официанта и парочки посетителей за дальним столиком, внутри не было никого.

Лёгкая музыка не навевала мысль о пороке и пьяной вечеринке, от неё клонило в сон. Но обратно поворачивать глупо, а пиво можно выпить и наедине с собой.

Тем более что меньшее, к чему он сейчас тянулся – доступные женщины.

Пройдя к барной стойке, Стас недоверчиво похлопал по красной дерматиновой обивке круглого стула на хлипкой ножке, хмыкнул про себя. Удивительно, что мебель выстояла от простого прикосновения.

Сесть на неё казалось подвигом.

– Он не сломается, – заверил бармен, слегка оживляясь.

– Будем надеяться, – повёл плечом Стас и всё-таки присел, расстегнул идеально скроенный тёмно-синий пиджак.

И правда, стул выдержал.

Стойка оказалась неожиданно чистой, да и место, в общем-то, приличным, хотя не шло ни в какое сравнение с теми клубами, в которых бывал Стас. Но сейчас понты – меньшее, что он мог себе позволить. Душа просила хоть каких-то эмоций. Может быть, в этом незнакомом городе, в богом забытой глуши, Стас получит что-то, кроме отвращения к самому себе?

Усевшись удобнее, Рыльский беглым взглядом пробежал по бесконечным рядам бутылок, а бармен терпеливо ждал.

Парню на вид не дашь больше двадцати, но в его светлых по-совиному круглых глазах плескалась взрослая мудрость, и это Рыльскому понравилось.

– Пива, пожалуйста.

– Какой сорт предпочитаете? – деловито поправив воротник клетчатой рубашки, спросил бармен.