Согрей меня

Мара не хотела быть предательницей, но и хоронить себя заживо тоже не хотела. Уже нет, довольно.

– Уходи, – прохрипела, но Андрей даже виду не подал. Только сжимал и разжимал кулаки, а во взгляде появилась та самая, чисто мужская, поволока, от которой так бойко трепещут героини сказочных романов. – Уходи! И ключи от дома верни.

Андрей дёрнулся так, будто бы Мара его ударила. За пять прошедших лет ей ни разу не пришло в голову отобрать у него ключи, но сейчас она была настроена более чем воинственно.

Протянула руку, ожидая, пока до родственника дойдёт смысл её слов.

– Я не шучу.

– Ты и правда не шутишь, – усмехнулся и снова сделал к ней шаг, но большего себе не позволил. – Мара, ты ничего не понимаешь…

– Я понимаю только то, что ты слишком много стал себе позволять.

– Я ничего себе не позволяю! – рявкнул, побелев лицом. – Я всего лишь пришёл и принёс тебе продукты!

– Но я не просила, – дёрнула плечиком, а Андрей тяжело сглотнул, глядя на её шею. – Андрей, это мой дом. Ты всегда в нём желанный гость, но я не хочу, чтобы ты вламывался сюда в любой момент.

– Почему?

Мара вздохнула и прикрыла на мгновение глаза. Весь этот разговор – сюр какой-то, и Марьяна никак не могла найти из него выход.

– Ты уже не любишь моего брата? – спросил Андрей, а в голосе то ли тоска, то ли надежда.

– Я никогда не перестану его любить, – ответила, впиваясь пальцами в плечи. Удерживая себя на краю пропасти. – Но я хочу жить дальше.

– С новыми мужиками? – почти выплюнул, и Мара поёжилась от его тона.

– Я его вдова! – едва не взвизгнула выбитая из колеи Мара.

– Ты та, кого он любил! Кого поручил моей заботе! И я не позволю, чтобы ты в этом, – Андрей чуточку брезгливо обвёл взглядом короткое красивое платье, – появлялась на людях.

Вот это уже было слишком.

Мара взвилась, осознав вдруг, до какой степени впустила однажды в свою жизнь родственников Сергея. Позволила им слишком многое.

«Сама виновата. Дура!»

– Я ещё раз повторяю: уходи отсюда, – голос звучал на тон выше, и в горле запершило. – Положи ключи на стол и проваливай.

– Мара, – Андрей попытался было погасить скандал, но Марьяна до того разозлилась, что весь мир видела в чёрно-белых красках.

Она ни разу за прошедшие годы не позволила себе лишнего. Не сходила на свидание, никаких намёков никому не дала.