Согрей меня

Тренькнул телефон, на экране загорелось сообщение от лучшей подруги, напомнив Марьяне, зачем она так вырядилась этим вечером.

– Ты куда-то торопишься? – спросил Андрей, едва не сделав к ней шаг, но Мара выставила руку, охраняя свою зону комфорта от его вторжения. – Куда ты такая красивая едешь этим вечером?

И вроде бы вопрос был задан самым будничным тоном, но Мара поёжилась. Гордо вскинув подбородок, сжала в руке телефон и выпалила:

– Мы с Аней идём в бар.

И ведь не должна была оправдываться перед Андреем, но казалась себе обязанной объяснить.

Всегда добрый и понимающий Андрей странно сверкнул на неё глазами, и Маре захотелось взвизгнуть и оттолкнуть его, выгнать из дома взашей. Если бы он подошёл, только бы коснулся… Она бы не сдержалась. Но Андрей остался на безопасном расстоянии, только пальцы, сжимающие край стола, побелели.

– У тебя свидание? – хрипло выдавил, пронзая её пытливым взглядом. – Ты про Аню всё придумала, а на самом деле для другого мужчины вырядилась?

Для другого мужчины… а если бы и так, какое Андрею дело до её личной жизни?!

Мара взмахнула рукой и, не сдержавшись, выпалила:

– А если бы и свидание? Я не имею права? – дерзко вздёрнув подбородок, Мара опалила взглядом настырного родственника.

– Мара… он мой брат… – Андрей запустил пятерню в тёмные волосы, взъерошил кудри на затылке, посмотрел на Мару то ли затравленно, то ли осуждающе.

Маре его взгляд не понравился.

«Да какое он право имеет лезть?»

– Андрей, не приходи сюда больше.

– Но мы же родственники, – беспомощно обвёл руками кухню, а Мара едва удержалась, чтобы не закатить глаза. – Я Серёге обещал…

Мара вздохнула, отвернулась к окну. Обняв себя за плечи, сникла. Улыбаться больше не хотелось, а ржавый раскалённый гвоздь снова вонзился в сердце. С ним пришло чувство вины. Осознание, что не имеет права веселиться, когда любимый муж погиб.

«Глупость! Сергей бы не хотел, чтобы я гнила заживо!»

– Не надо постоянно напоминать о Серёже.

– Но если у тебя свидание… значит, можешь?

Андрей подошёл очень близко, и Мара вздрогнула, ощутив его дыхание на своём затылке. Дёрнулась, вывернулась, оттолкнула мужчину, отпрыгнула в дальний угол. В какой-то момент его присутствие превратилось в пытку, и Марьяна не хотела больше терпеть тот холод, гуляющий по коже рядом с Андреем.

Он словно бы её обвинял. В том, что своим желанием жить разрушает память о брате. Предаёт.