Невинная для грешника

Марк с трудом подбирает слова – это видно невооружённым взглядом, по глазам его заметно. То ли извиняться ни перед кем не привык, то ли ему действительно стыдно, и сейчас он кажется почти беззащитным. На мгновение передо мной появляется тот самый улыбчивый мальчик, так привлекший моё внимание на злополучной фотографии, и я оттаиваю.

Всё равно долго злиться не умею.

– Марк Романович, не нужно, я совсем на вас зла не держу, – взмахиваю рукой и улыбаюсь, чтобы слова свои подтвердить. – А сейчас, простите меня, но я тороплюсь.

– К маме? – снова усмехается, и глаза его теплеют.

– К маме, – улыбаюсь и, помахав на прощание, двигаюсь к выходу.

А выйдя из ворот, замечаю большую чёрную машину с наглухо тонированными стёклами, выезжающую из просторного гаража.

Роман Георгиевич.

Я киваю, хотя не могу видеть его лица за глухими окнами, но почему-то кажется, что он смотрит на меня в этот момент. И будто бы в подтверждение моих мыслей, машина останавливается, и стекло медленно отъезжает вниз.

Роман Георгиевич улыбается лишь краешками губ, а глаза его при этом ледяные-ледяные. Наверное, ему требуется приложить максимум усилий, чтобы выглядеть приветливым.

– Марта, ты в город? Присаживайся, подвезу.

Интересно, Орлов старший мне тоже дружбу предложит? Надеюсь, нет.

Глава 15 Марта

Более взрослая и… матёрая версия Марка мне не нравится. Абсолютно.

Сижу в просторном салоне, держусь обеими руками за поручень. Нужды в этом нет – машину не трясёт на кочках и не болтает на поворотах, – но мне так спокойнее.

За окном плавно меняются пейзажи, коротко стриженный тёмный затылок водителя кажется деревянным, до того мужчина сосредоточен на дороге, а сидящий в метре от меня Орлов немного лениво водит пальцем по тачпаду лежащего на коленях Макбука.

На меня не смотрит, работает, а мне всё равно чуть-чуть неуютно.

С глухим стуком Роман Георгиевич захлопывает крышку ноута, и атмосфера в салоне странным образом меняется.

Орлов на меня смотрит – такое ощущение ни с чем не спутаешь. Неуютный, цепкий и немного липкий взгляд медленно ползёт по коже, а у меня в голове рождается странный образ: муха, накрытая стеклянным стаканом. Вроде бы свобода рядом, но проще разбиться в сопли, чем преодолеть барьер.

Всё-таки Орловы слишком странные для меня – самой обычной девушки Марты.