Невинная для грешника

А что если он сейчас в красках и со смехом начнёт рассказывать, какой глупой я была, как попалась ему на глаза в его же комнате с его же фотографией?! Караул!

Задерживаю дыхание, готовая от одних только мыслей об этом под землю провалиться и никогда оттуда не высовываться, а за спиной движение, сбоку тень: Марк просовывает голову между мной и матерью. Он так близко, что слышу смесь запахов бензина, лосьона после бритья и шоколада. Терпкий аромат, приправленный горечью и лёгкими нотками морского бриза.

– А, дочка Иванны Станиславовны? – в голосе ирония, а медленный взгляд ползёт выше и выше от моего локтя вверх до плеча и останавливается на губах.

– Марк! – восклицает Орлова, но гасит возмущение холодной улыбкой. – Оставь это. Что за манеры? Напугаешь ещё девочку.

– Каким манерам научили, такие и есть, – широко улыбается, а в глазах сталь.

Анфиса цокает языком, головой покачивает, и губы шевелятся, но на волю ни единого звука не вылетает.

Она внимательна на дороге, смотрит строго вперёд, и это позволяет Марку беспрепятственно раздевать меня глазами.

Пусть не думает, что стоит ему щёлкнуть пальцами, и любая упадёт к ногам.

Это только в сказках золушки находят принцев. И пусть я наивная, пусть верю в любовь, но ещё спинным мозгом чувствую – он играет со мной. Всё это для него – весёлое приключение, а мне нужно сторониться этого, пока в болото не засосало.

– Как мама себя чувствует? – полушёпотом спрашивает Марк, кажется, вполне искренне.

Только мне всё равно некомфортно от его близости, потому прежде чем ответить, отодвигаюсь и впечатываюсь плечом в дверцу. Уголки губ Марка ползут вверх, он щурит глаза, то ли оценивая меня, то ли смутить меня пытаясь.

– Уже намного лучше, – говорю, тоже понизив голос, а Марк делает то, от чего меня изнутри ледяной водой окатывает: он протягивает руку и касается кончиком указательного пальца уголка моего рта.

Того самого, на котором несколько недель назад оставил невидимый отпечаток губ. Дёргаюсь назад, Марк щурится довольным котом, обожравшимся сливок.

– Ей очень повезло с врачом, – вклинивается в наш разговор Анфиса Игоревна и нарушает странную интимность, царящую между нами. Пугающую интимность. – Но где-то месяц Иванна не сможет работать, потому я и предложила Марте на время занять её место.