Позволь спеть тебе о печалях…

Неплохо, но сиропа пожалели.

– Ты следила за мной из-за мороженого? – говорит он сквозь зубы. Затем, не дожидаясь ответа, лезет в карман и достает кошелек. Передо мной на стол ложатся две купюры. Мне мало о чем говорит их номинал, я слабо представляю как работают человеческие цены и деньги. – Купи себе новое мороженое и отстань уже от меня, ненормальная.

– Называть незнакомых людей ненормальными неприлично.

– Преследовать людей тоже неприлично.

– Забери, – пододвигаю деньги обратно к нему. – Они мне не нужны, тем более то мороженое я даже не покупала.

Марк кладет руку на лоб, обдумывает что-то, несколько раз поднимает на меня взгляд и тяжело вздыхает.

– Хочешь сказать, что ты не просто сталкер, но и еще воровка?

– Воровка звучит обидно, как и сталкер. Я просто не пользуюсь деньгами и люблю ходить за людьми. Хобби у меня такое.

– Какое прекрасное у тебя хобби, – Марк внезапно поднимается, ножки стула скрипят по полу. – А теперь давай прогуляемся в отделение полиции, мисс я не воровка и не сталкер.

– Ты уже хочешь со мной прогуляться? – встаю вслед за ним с энтузиазмом. – Давай, сегодня отличная погода, – беру Марка за руку и улыбаюсь. – А раз мы уже так близки, открою тебе один секрет, – маню его пальцем поближе к себе. Сначала Марк смотрит на меня как на ненормальную, затем закатывает глаза и все же наклоняется, чтобы послушать тайну. – Ты можешь хоть притащить меня лично к начальнику полиции или привести их, пока я буду грабить банк, и меня все равно не арестуют.

Вместо ожидаемого мной шока, по лицу Марка проходит волна понимания. Вот только я не понимаю, что ему стало понятно, и склоняю голову в замешательстве.

– Кто твои родители? – спрашивает он скучающим тоном и вырывает руку. – Думаешь, ни смогут отмазать тебя от чего угодно? Насколько высокие у них должности?

Его вопросы вызывают у меня искреннее недоумение. Откуда он знает про моих родителей? Он общался с другими духами? Его видели сестры? Они здесь? За мной уже пришли?

Лишь через несколько мгновений до меня доходит, что он не знает ни моих родителей, ни сестер.

– Мои родители настолько высоко, что тебе и не снилось, – отвечаю с усмешкой, причем не говорю ни слова лжи. – Однако дело не в них, а в том что меня просто не увидят, куда бы ты меня ни повел.