Имена. Часть первая

– Да, но, позвольте, мы уже меняли имя у нашего папы, когда называли свою дочь Эсмеральдина. И делали это именно для благозвучности с предложенным вами именем.

Профессор страшно обрадовался этому сообщению:

– Тем более милочка, если этот путь вами уже однажды пройден и чего вам тогда, бояться? Всё вам знакомо и нет никаких причин своим отказом портить жизнь вашему маленькому миленькому Планктончику. Вы же только вслушайтесь в эти чарующие звуки моря! Бездонную бездну его глубоководных тайн.

– А как же наш папа? – растерянно вопрошала очередная жертва именной науки.

– А что папа?! Папа! А? Папа? Так пусть ваш папа терпит! Ну, ты посмотри, что делается, никакой терпимости в людях не осталось! Они даже не готовы пострадать за своих собственных детей, – произнёс академик с большим укором.

– Нет, что вы? – залепетала, молодая женщина, старательно оправдываясь.

– Мы всегда готовы пострадать за своих собственных детей! Всегда и везде! Но имя какое-то непривычное и оно мне кажется не совсем подходящим. Я почему-то думаю, что муж ему воспротивиться.

– Не переживайте вы так, милая. Всё будет вам с вашим именем, как нельзя лучше. А, если ваш неугомонный муженёк будет сильно сопротивляться этому чудному имени, мы тогда просто применим к нему наш научный подход.

Дама обомлела и только смогла выдавить из себя:

– А-а-а?…

–Я же говорю вам, не переживайте. Это абсолютно безболезненно. Махнул и всё!

– Как это? Куда махнул? Чем махнул? Заче-е-м? Это вы про что сейчас?

– Да, всего-то 50 граммов отличного домашнего коньяка, настоянного на чистой водке. Три раза в день до еды. Только одно условие, только на чистой водке.

– Да, что вы такое говорите, можно подумать водка бывает грязной?

– Как?! А если при разливе присутствовал человек с десять раз не вымытыми после туалета руками?

– И что? Я вообще не понимаю, к чему вы это говорите?

– Как вы еще в сущности молоды, дорогая и по всему видно очень плохо представляете себе всю криминогенную обстановку в городе.

– Не запугивайте меня, пожалуйста! – произнесла молодая женщина дрожащим голосом.

– И цели такой нет.