Поцелуй под дождем

– Хорошая штука, – похвалил напиток. – А ты – тряпка. Разрешаю сегодня взять выходной, напейся, отвлекись, поезжай в клуб, сними девочек, а завтра возвращайся с холодной головой и трезвым рассудком. И запомни – Воиновы никогда не стелились перед бабами.

Когда отец ушёл, Егор залпом выпил свой коньяк.

Он вдруг понял: Илья Егорович был прав. Он не должен раскисать из-за женщины, которой даже не нужен. И не полетит в Нью-Йорк, как собирался ещё утром, чтобы встретиться, посмотреть Вере в глаза и задать ей вопрос.

Теперь он всё понял. Вера ещё не была циничной продажной стервой, но собиралась ею стать. Вот только на пути стояла невинность. Ей нужен был мужчина, который поможет избавиться от преграды и научит получать удовольствие.

Вера и не собиралась с ним больше встречаться. Всё, ею сказанное, было ложью. Она воспользовалась им, точнее использовала, как презерватив, а потом выбросила в мусорное ведро.

В тот день Егор напился. Прямо там, в закрытом на ключ кабинете, там же и вырубился на кожаном диване. А утром выпил принесённую секретаршей таблетку аспирина, принял душ, переоделся и приступил к работе.

В тот день Егор стал другим человеком. Мужчиной, у которого больше не было сердца. А разбитые осколки полетели в ту же мусорку.

И вот теперь Вера сидел перед ним.

И Егор вдруг понял. Какой же он всё-таки дурак! С чего взял, что она искала его?

Это же Вера, та самая Вера – сестра Любы, которая прожужжала ему все уши её приездом.

Егор усмехнулся, чувствуя горечь на языке.

Сейчас только этого ему и не хватало. Мало, что ли, навязанной невесты, так ещё и её сестра, когда-то разбившая ему сердце.

Так вот зачем она здесь. Чтобы повлиять на него? Любаша вызвала тяжёлую артиллерию? Но неужели они настолько глупы, раз подумали, что смогут давить на него той давней историей? И неужели Вера всё же стала такой законченной стервой?

Всё говорило об этом.

Егор уверился окончательно в этой мысли, когда Вера сделал вид, что не узнала его. Его захватил азарт, стало интересно, как сестрицы Артемьевы будут пытаться интриговать, заставляя его играть по своим правилам.