Любовь и… любовь

Мужчина подумал немного, посомневался, потом выложил то, что было у него на уме:

– Мне ты давно нравишься, Анжелика Викторовна. Как женщина нравишься. В общем, хочу я тебя, что уж скрывать.

Он замахал руками, поймав её перепуганный взгляд:

– Нет-нет, я нормальный мужик, поверь, без всяких там извращений. Просто в возрасте уже. Но иногда и мне тряхнуть стариной хочется.

Он с сомнением посмотрел на молодую женщину, которая стояла перед ним красная, как рак, и не решалась поднять глаза от пола.

– Да не смущайся ты так, девочка, – проговорил с усмешкой, – это жизнь, её надо принимать такой, как есть.

Лика несмело подняла глаза.

– Или я урод какой? Или чудище заморское? – спросил.

Она только отрицательно помотала головой. Он не был ни уродом, ни чудищем. Обыкновенный мужчина, но только пожилой.

– Так вот, если ты меня время от времени потешишь своим телом, я стану давать тебе каждый раз вот это.

Он поковырялся в своём бумажнике и вытащил из него крупную купюру.

Первым побуждением Лики было повернуться и бежать без оглядки от этого мужчины, желающего купить её тело. Потом она представила себе голодные глаза Олежки и то, сколько всего она сможет купить на эти деньги для своего ребёнка. И она осталась на месте.

– Это не купля-продажа, девочка, как на рынке, – проговорил всё понявший, умудрённый жизнью завхоз. – Это помощь. Только взаимная Я тебе деньги, а ты мне радость. Только и всего. А?

Лика взглянула на него неуверенно, потом кивнула головой.

Он удовлетворённо улыбнулся, взял её за руку и повёл за собой. Привёл в довольно уютную подсобку. Здесь даже старая медицинская кушетка нашлась, на металлических ножках.

Иван Гаврилович бросил на кушетку плотное одеяло, потом уложил на неё Лику, предварительно освободив от одежды. Погладил её живот, бёдра, и прямо загорелся весь. Быстро скинул с себя штаны и принялся за дело. И не опозорился, справился с задачей на «отлично», как подумала Лика.

– А я ещё ничего мужик, да? – поинтересовался на всякий случай.

Лика забыла про смущение начисто. Она давно уже была без мужчины, а тело своего просило.

– Да вы ещё о-го-го, Иван Гаврилович, молодых за пояс заткнёте, – она улыбнулась. – Я такого не ожидала, по правде говоря.

Мужчина расплылся в довольной улыбке. Ну, кому же, скажите на милость, не будут в радость такие слова?

– Да, я ещё могу погеройствовать, хоть и не часто, к сожалению.