Любовь и… любовь

И потом я ведь оставляю тебе квартиру. И может быть, денег смогу подбросить когда-никогда.

Последние слова он произнёс очень неуверенно.

Говорить больше было не о чем. Лика давно поняла, что Николай человек изворотливый и далеко не простак. Он всё хорошо продумал, тщательно подготовил, нашёл необходимые лазейки. И вот теперь ловко выскальзывает из лона семьи, оставляя их с сыном одних.

Плакать она не стала. Но было нестерпимо обидно, что позволила вот так просто обвести себя вокруг пальца.

Семейная жизнь, такая надёжная поначалу, жестоко обманула её.

В самом конце мая Николай уехал. Прощание было сухим, как будто два малознакомых человека пожелали, расходясь, друг другу всего хорошего.

Перед Ликой открывался новый период жизни.

4

Новая жизнь ударила по Лике, первым делом, безденежьем. Как многие замужние женщины, она работала больше для порядка – ради стажа и будущей пенсии. И не так и важно, сколько платят, лишь бы поближе к дому и поменьше работы.

Львиную долю средств к существованию всё равно приносит в дом муж. А теперь эта доля уплыла куда-то за рубеж, и Лика даже не знала толком, куда. А хоть бы и знала, то это ничего уже изменить не могло.

А теперь оказалось, что её мизерной зарплаты катастрофически не хватает на жизнь. Да, работа была не такой уж трудной, чтобы падать к вечеру с ног от усталости, но деньги? Где брать деньги? Попыталась добыть кое-какую подработку, но и здесь вышла осечка – работа такая, что валит с ног, а денег чуть.

Бездна отчаяния разверзлась перед молодой женщиной, и она готова была уже рухнуть в неё.

Спас её тогда Иван Гаврилович, их завхоз.

– Что-то ты совсем с лица спала, Анжелика Викторовна. Или случилось что, а? – поинтересовался он как-то вечером, в конце рабочего дня.

Этот пожилой, но достаточно крепкий мужчина не раз бросал на молодую сотрудницу заинтересованные взгляды. Но Лику взгляды не волновали. Сейчас же в глазах его она увидела сочувствие.

И не удержалась.

– Случилось, Иван Гаврилович, ещё летом случилось, – вздохнула горько.

Сейчас на дворе стояла уже поздняя, холодная и дождливая осень.

И Лика всё как на духу рассказала этому человеку, который проявил интерес и сочувствие к её жизни.

– Скверно, – заключил он, выслушав её исповедь, – очень скверно всё у тебя вышло. Я слыхал о таком. Теперь ты этого гада никак не достанешь. Ловко он тебя облапошил.