Каррамба, кабальеро!

Энни гордо выпрямилась, и сэр Арчибальд понял, что спорить с ней бесполезно. Такой была его жена, и в неё уродились дочери. И за это он любил их ещё сильней.

– Но и для монастыря нужны деньги, девочка моя, – тихо проговорил он, – а у нас их нет.

Энни тряхнула головой.

– Ты забыл о тётушке Глэдис, отец, – напомнила девушка. – Она ведь стала настоятельницей обители где-то в Кенте. Я найду её, и надеюсь, она не откажет в помощи родной племяннице.

Это было правдой, и рыцарь вынужден был признать её. Родная сестра его любимой Элизабет ушла когда-то в монастырь и теперь поднялась там высоко.

Однако согласиться с таким решением дочери он всё ещё не мог.

– Но как ты будешь там жить, Энни, девочка, лишённая тепла и любви родных людей? – пустил мужчина в ход последний аргумент.

– Хорошо буду жить, отец, спокойно, – бледно улыбнулась ему дочь. – А ваша любовь будет всегда со мной, в моём сердце, и никто не сможет отнять её у меня.

Арабелла слушала этот разговор ни жива – ни мертва. Решение Энни пугало её.

Но возможность захвата их дома загребущим лордом Уэстморлендом страшила ещё больше. И когда отец склонил голову, признавая правоту старшей дочери, она просто тихо заплакала.

Два дня спустя Энни в сопровождении трёх верных слуг, которые должны были доставить её до места, навсегда покинула родной дом. Глаза её были сухими, губы плотно сжаты, лицо решительное. Да, такую, как она, никто не собьёт с пути.

Сэр Арчибальд и Арабелла остались вдвоём, и тревога свила себе гнездо под крышей их дома.

Прошёл месяц, и слуги, отбывшие вместе с Энни, вернулись. Они привезли благоприятные вести. Монастырь они нашли, и настоятельница его встретила племянницу очень приветливо. Он велела передать мужу своей любимой почившей сестры, что позаботится о его старшей дочери и сделает для неё всё, что только будет в её силах. За Энни он может больше не беспокоиться.

На душе сэра Арчибальда стало немного светлее, но печаль не ушла. Он казнил себя за то, что поддался малодушию и взял деньги в долг у этого высокородного скряги, лорда Уэстморленда.

Тогда ему казалось, что иначе им не выжить. А теперь приходится платить по счетам слишком дорого. И уход Энни в монастырь это только начало.

Лето подбиралось уже к середине, приближая час окончательной расплаты по долгам, когда сэр Арчибальд принял окончательное решение и готовился приступить к его реализации. Он пригласил в зал свою единственную оставшуюся с ним дочь. Разговор предстоял тяжёлый.