Сон в летнюю ночь для идеальной пары. Роман

– У тебя что, навязчивая идея? – хмыкнул он. – Ты выглядела, как рыба, которую выбросило на берег!

Она рассмеялась и открыла ему свою тайну:

– Просто я очень люблю море! Наверное, в прошлой жизни я была русалкой!

Лиза сложила ноги в «хвост» и плюхнула им по поверхности, подняв тучу брызг.

– Поплыли? – бросила она вызов.

Гордеев недоверчиво посмотрел на резвящуюся в волнах девушку.

– А мне не придется снова тебя спасать?

– Снова? – ее брови удивленно взлетели.

Коротка же девичья память!

– Орехи… дерево… нога… Помнишь?

Ей стало совсем весело.

– Это с законом Ньютона у меня проблемы: притяжение земли оказалось сильнее, чем я думала. А в воде я почти ничего не вешу, так что с Архимедом – полный порядок!

Он с сомнением покачал головой, но согласился. С разбегу нырнув в воду, Гордеев поплыл, разрезая волны четкими взмахами рук. Лиза последовала за ним, удаляясь от берега легким брасом. Соревноваться с Виктором в скорости было бессмысленно, но, когда, завершив заплыв, он почувствовал себя совершенно выжатым, Лиза, приблизившаяся к мелководью через три минуты после него, вроде бы даже не сбила дыхания.

– Ты уже стоишь на ногах? – спросила она ровным голосом.

Виктор молча поднял обе руки вверх. Она попробовала достать до дна… и провалилась, не найдя опоры. Когда через пару секунд Виктор выловил «утопленницу», та, отплевываясь, обрушилась на него с обвинениями:

– Что за дурацкие шутки? Я, конечно, тоже могу плавать «без рук», но из-за тебя я наглоталась соленой воды!

– Да я действительно стою на песке! – постарался оправдаться Гордеев, поддерживая девушку на плаву.

Уровень моря доходил ему до подбородка, а нос Лизы, как она вдруг вспомнила, уперся бы примерно в его ключицу, если бы они стояли рядом. Этих сантиметров ей и не хватило!

– Прости, – пробормотала она. – Я просто испугалась.

– А уж как я испугался! – ворчливо заметил Виктор. – У тебя настоящий талант попадать в рисковые ситуации!

– Ты серьезно? – кокетливо улыбнулась она, облокотившись о его плечо.

Лиза больше не делала попыток встать на грунт и покачивалась на волнах, как поплавок. После физической нагрузки и адреналина последних минут обида Виктора почти растворилась в удовольствии просто быть рядом с Лизой. Ее купальник был сплошь покрыт ромашковым узором, и Гордеев невольно улыбнулся.

– Что-то мне эти ромашки напоминают… – прищурил он в притворной задумчивости левый глаз.