Сон в летнюю ночь для идеальной пары. Роман

Снежана Белянская избавилась от облегающих шортиков и открытого топа и, оставшись в до неприличия декольтированном купальнике, грациозно вошла в полосу прибоя. Едва замочив ноги, девушка выскочила из воды и уселась на полотенце с кремом для загара в руках.

– Молодая – да ранняя! – тоном знатока оценил Белянскую пузатенький мужичок в шезлонге неподалеку.

– Угу, – согласился его лысоватый сосед и откупорил банку иностранного пива. – А вот эта тоже вроде ничего!

Первый наблюдатель приподнял солнечные очки и вопросительно указал глазами на Лизу Лучинскую, движения которой все еще носили отпечаток подростковой угловатости:

– Эта? Ну, нет, братец, эта – еще ребенок!

– Много ты понимаешь! – фыркнул лысый.

Пузатый тряхнул животиком:

– Ой, не надо о весе! Пойдем-ка лучше макнемся, а то жарковато становится!

Лиза, не подозревавшая, что стала невольной участницей конкурса красоты, сняла через голову пестрое платье и, закрутив волосы в жгут, попыталась заколоть его повыше.

– Витя, помоги! – попросила она.

Гордеев придержал хвост из собранных прядей, Лиза благодарно улыбнулась и закрепила прическу на макушке. Виктор начал раздеваться сам.

– Давай быстрее! – эгоистично поторопила она парня, который до этого терпеливо ждал ее несколько минут.

В сердце у Виктора еще саднило от обиды и ревности. Он молчал почти всю дорогу до загородного пляжа, но Лиза, похоже, этого так и не заметила. Она без перерыва болтала сама, пересказывая ему новости лета: море, Славянка, сестры, гребешки и трепанги, какая-то тетя Люся, снова море, пару раз мелькнул Сашка. Ей что, все равно, что он не может слышать имени Задорина?

Теперь Лиза с энергией взведенной пружины рвалась в воду. Едва Виктор сложил свою одежду на расстеленное на песке покрывало, как Лиза ухватила его за ладонь и, подпрыгивая от нетерпения, потянула в сторону моря.

– Что с тобой? Никогда волн не видела? – хмуро усмехнулся он и попытался замедлить шаг, но Лучинская упрямо дернула его за руку.

– Витя, ну же!

Она не успокоилась, пока море не облизало ее ноги. Еще несколько шагов – и Лиза просто легла на воду. Гордеев поразился: она плавала на поверхности легко, как пена, почти не делая движений руками.