Мертвая улика

– Ты же сам сказал – будем ворошить личную жизнь убитой старушки. С момента ее молодости – до самой смерти, – сказал Гуров. – Вот и начинай. Нам-то с Федором вести расследование не совсем с руки. Мы народ болящий и должны находиться в санатории ежедневно и еженощно. А то, чего доброго, и впрямь попрут из этого благословенного места за нарушение режима. Тогда-то мне точно не жить на свете. Живьем съедят – хоть жена, хоть начальство в лице генерала Орлова. Вот, скажут, не долечился… Думаю, похожая ситуация и у Федора.

– Сделаю все, что в моих силах! – по-гусарски наклонил голову Крячко и даже щелкнул каблуками. – Особенно если подскажете, с чего начинать.

– Со старушкиной дочки, я так думаю, – сказал Гуров. – Кому, как не ей, знать подробности о личной жизни своей мамы. Ну, хоть что-нибудь…

– И где же мне ее отыскать? – спросил Крячко.

– А вот на этот вопрос тебе ответит Галина Никитична, – сказал Гуров.

– Кто такая?

– Заведующая домом престарелых.

– Что, хорошая женщина? – прищурившись, поинтересовался Крячко. – Я это к тому, что с хорошей женщиной и общаться приятнее.

– Милейшая, – заверил Гуров. – Умница, красавица.

– Ну-ну…

– Без всяких «ну-ну»! Говорят тебе – красавица и умница.

– Что ж, будем считать, что вы меня вдохновили и обнадежили, – торжественно произнес Крячко. – Все, я пошел. А вы – ждите обнадеживающих вестей.

– Э, нет! – воспротивился Гуров. – Мы тебя проводим и укажем кратчайший путь.

– Это еще зачем?

– А вот увидишь.

– Как интересно, – сказал Крячко. – Что ж, тогда не томите меня ожиданием. Вперед!

Проходя мимо вахты, где на посту по-прежнему сидела молоденькая медсестра, Крячко улыбнулся ей, как старой знакомой, и сказал:

– Обязательно отметьте в своем журнале, что я был да весь вышел! Так и запишите! И отдельной строкой запишите, что я еще вернусь! А если в это самое время на вахте будете все еще вы, то вернусь тем более. Ради вас. Прямо так и отметьте. С красной строки.

Гуров и Федор Иванович повели Крячко по той самой тропинке, которая вела к тыльным владениям дома престарелых и на которой нашли убитую старушку.

– Стой! – сказал Гуров Станиславу, когда они подошли к месту происшествия. – Остановись и осмотрись. И скажи, что видишь.

– Вижу тропинку и заросли вокруг, – осмотревшись, сказал Крячко. – Хорошая тропинка. А местечко, на котором мы стоим, и того лучше – уютное. Ничего не видать – ни с какой стороны.