Мертвая улика

 – А, вижу! Лева! Брат! Наконец-то я тебя лицезрею! Уж как я рад! Позволь, душа моя, я тебя облобызаю!

И, широко раскинув руки, Крячко направился к Гурову. Конечно, обниматься и целоваться он не стал и лишь озорно сверкнул глазами.

– Пойдем, – коротко произнес Гуров.

В номере их ждал Федор Ильич.

– Знакомьтесь, – сказал Гуров.

– Федор Ильич, сыщик-любитель, – отрекомендовался Федор Ильич.

– Станислав, сыщик-профессионал, – представился Крячко. – Насчет отчества даже не спрашивайте: оно утеряно безвозвратно.

А потому – просто Станислав.

– Тогда я – просто Федор.

– Что ж, друг моего друга – мой друг, – произнес Крячко и пожал Федору Ильичу руку.

– Будем считать, что познакомились, – сказал Гуров, обращаясь к Крячко. – Как доехал?

– Представь себе – живым, – ответил Стас. – А все остальное – малосущественные нюансы. Ну, зачем звал? Какие проблемы? Чем могу помочь?

Коротко, как и полагается сыщику, Лев Иванович ввел Крячко в курс дела.

– Да уж, – произнес Стас, когда Гуров умолк.

 – Дела… Притом что путных версий у вас – кот наплакал. Лично я усматриваю только одну подходящую версию. Старушку убили из личных побуждений. Только так, и никак иначе. Какое там ограбление, я вас умоляю. Ведь намного перспективнее ограбить какую-нибудь одинокую запоздавшую молодку. К тому же не в мрачном ночном саду, а где-нибудь в городе. Классика жанра!

– Мы тоже так думаем, – сказал Федор Ильич.

– Да тут и думать не о чем! – поморщился Крячко. – Будь мы с вами грабителями – неужели бы мы полезли в ночной больничный сад? За каким, спрашивается, дьяволом, когда город – вот он, рядом?

– Ну, а маньяк? – спросил Федор Ильич.

– Ой! – еще больше сморщился Крячко. – Новомодная версия, и ничего больше! Чуть что, сразу маньяк. Да и потом: маньяки народ разборчивый. Для чего ему убивать именно старушку? Ведь убить кого-нибудь помоложе куда приятнее и волнительнее. У маньяков, знаешь ли, своя особая психология. Индивидуальная.

– Как же, слышали и читали, – согласился Федор Ильич.

– Ну, так вот, – проговорил Крячко. – Надо бы, братцы, покопаться в личной жизни убитой старушки. Основательно покопаться!

– Так-то оно так, – в раздумье произнес Гуров. – Но то, что ты предполагаешь, похоже на мелодраму.

– Так и что с того? – возразил Крячко. – Вся жизнь, если вдуматься, сплошная мелодрама. Всегда и у всех! Или, может, ты в них мало окунался, в чужие мелодрамы? Лучше говори, что мне делать.