Царь Горохова

В дверь вежливо постучали.

15

– А вот и Ля Гуш, – сказал Мерлин, поднимаясь с кресла.

В приемную вошел человек, невероятно похожий на лягушку: с зеленой кожей, сухопарый, пружинистый в движениях, с огромными выпуклыми черными глазами и лысой головой – что обнаружилось, когда он снял в приветствии свой алый бархатный берет с белоснежным пушистым пером. Но странно: при всей схожести с лягушкой он не был уродлив – он был симпатичен и мило улыбался своим большим, чуть не до ушей, ртом.

Ля Гуш скользнул взглядом по моим разутым, в полосатых носках, ногам, торчавшим из-под покрывала, по доспеху возле камина и обломкам посоха Мерлина.

– Прежде всего, Грегуар, – обратился к нему Мерлин, – нужна одежда: рубаха, штаны, камзол… Все что полагается. Парадная.

– И туфли, – добавила я.

– Разумеется, – взгляд Ля Гуша снова скользнул по моим носкам.

– Камзол попросторнее и поплотнее, чтобы с галунами и украшениями… – взмахнул рукой, изображая, Мерлин. – Особенно спереди.

Ля Гуш кивнул и пригласил меня жестом руки в правую дверь:

– Не соизволите ли пройти в гардеробную…

Я поднялась, путаясь в покрывале, и проследовала за ним.

Гардеробная была еще больше чем приемная. У стен стояло несколько огромных резного дерева шкафов и комодов, а напротив камина – диваны. Посередине комнаты – стол.

Мерлин тоже зашел и уселся на диван.

Ля Гуш выдвинул скрипучий нижний ящик комода, вытащил оттуда что-то и поставил на пол передо мной:

– Чтобы не замерзли ноги.

Это были большие голубые бархатные тапки с пушистой оторочкой.

– Спасибо, – сказала я и надела их.

Ля Гуш быстрым шагом подошел к шкафу, распахнул скрипучую дверь и вытащил белоснежную, пенно-кружевную стопку:

– Его Величество ПудОвик Первый увез с собой весь гардероб…

– Это предыдущий король, – тихо пояснил Мерлин мне. – Он сбежал.

Интересно, почему?

– Но последние заказы были выполнены после его отъезда, – говорил Ля Гуш, кладя белье на стол.

Похоже, за королевскими комнатами тоже он следил – как мило.

– Ля Гуш – образцовый камердинер и секретарь, – заметил Мерлин.

Ля Гуш почтительно ему поклонился.