Предчувствие

Только, будь оно неладно, это чистой воды ложь.

Она научилась улыбаться так, чтобы другие верили мнимому счастью, училась на наглядном примере у лучшего из притворщиков. Потому, когда Инес утянула её в перерыве на разговор и начала нести какую-то чушь, Мия потянула края губ так искренне, что сама почти поверила, и кивала всё, кивала: «Да-да, конечно, Инес, всё нормально, подумаешь, ты просто спишь с моей родственной душой, с кем не бывает, всё отлично, всё шикарно», – даже мысленно повторяла каждое сказанное слово, а стальной цветок внутри раскрывался всё больше, выпуская из плена своих лепестков ядовитый газ под названием «ревность».

Полгода пролетили, как один день. День сурка. Владислав был на удивление добр, часто старался ненароком коснуться, лишний раз обнять или похвалить. Инес осталась такой же скучной и тошнотворно вежливой со своей непонятно откуда взявшейся заботой. Один только Ландау продолжал стандартно сыпать обещаниями вырвать ноги и засунуть туда, где им самое место, потому что у его подопечных из пятой точки, по его же словам, росли совсем неподходящие агрегаты, которыми они перебирают по паркету, называя себя артистами кордебалета.

Приближающаяся осень тёплым ветром занесла счастливую новость с запада. Алекс должен был вернуться из очередного тура. Это событие внесло разнообразие в скучную жизнь и кислую физиономию Мии оживило получше молодильных яблок. Её энтузиазм разделяла только Камилла, соскучившаяся по старшему брату.

А Мия просто была рада. Очень-очень рада.

Рядом с другом она почти не замечала боль, ту самую, что въелась в неё, засела внутри, распространилась по каждой клеточке, каждому атому, с которой она просыпалась и засыпала ежедневно на протяжении нескольких лет. Она считала дни до приезда Алекса и предвкушала желанную пустоту в мыслях и свободу в душе, дарованную его безмятежностью. Потому, когда они наконец встретились после разлуки, она буквально впечаталась в возмужавшую фигуру со всей силы, практически прилипла к нему, отказывается отлипать до самого его дома.

Естественно, постоянно находиться у Алекса она не могла, но те редкие ночёвки, которые они проводили втроём с Камиллой стали спасением. В эти дни ночные кошмары становились не так страшны, ведь можно было просто подойти к дивану, где лежал её друг, подвинуть, лечь рядом и обнять крепко-накрепко, до хруста в рёбрах, до нехватки кислорода, и ощутить молчаливую поддержку.

– Лекс всё понимает! – По-детски хвасталась Мия.