Стремянной

Легли, она положила его голову себе на грудь, гладила взъерошенные волосы, шею, напряженную спину. Постепенно мышцы начали расслабляться, Василий обмяк, заснул. Настя смотрела на спящего, лоб его разгладился, рот приоткрылся, как у ребенка. И ей хотелось остановить время, так ей было в эти минуты хорошо. Но вдруг он открыл глаза, улыбнулся заразительно, как мальчишка, заговорил с убеждением:

– Настя, жениться на тебе хочу. Не хочу больше прятаться. У князя разрешение спрошу, он не откажет. А там и сватов зашлю.

– Все ты хорошо говоришь, а самого главного не сказал.

Васька нахмурился.

– Говорю как умею, если тебе не по вкусу, другого ищи, кто лучше скажет.

Он сел на кровати и начал одеваться. Но Настя остановила его.

– Другого не хочу – хочу, чтоб сказал мне от души.

Василий задумался на минуту.

– Что сказать, сама знаешь. Обворожила ты меня, днем твои глаза вижу, ночью во сне снишься. Жизни мне без тебя нет.

Настя довольно улыбнулась.

– Коли так, то ладно, засылай сватов.

Василий крепко обнял её, и она забыла обо всем на свете.

3.

Посреди ночи Васька внезапно почувствовал, что в комнате кто-то есть.  Проснулся мгновенно, схватился за нож за пазухой, но услышал знакомый голос одного из дворян князя.

– Князя буди, гонец из Москвы от боярина Морозова приехал. – Васька вошел в комнату, легко прикоснулся к плечу князя:

– Гонец, велишь привести? – Курбский тоже по походной привычке мгновенно проснулся и приказал:

– Веди.

Васька сразу понял, что вести были нерадостные.  Видно и вправду князю опала от царя выйдет за неудачный поход, а то и хуже. Васька знал князя лучше, чем кто бы то ни было, может быть, даже лучше, чем жена и мать родная. Князь горд, горяч, смел да неразумности. Он своей волей безропотно на плаху не ляжет и к Малюте на дыбу не пойдет. Он уйдет в Литву, сегодня же ночью и уйдет, иначе быть не может. И придя к этому выводу, Васька стал быстро и привычно собираться.

Васька передал приказ одному из дворян князя, и через полчаса во дворе собралось с пол дюжины верных князю слуг. Князь вышел, из дома и все молча пошли по спящему городу, стараясь не шуметь оружием. Через стену перебрались ловко, перекинув и сумы с поклажей.  Дальше шли в низине, в тумане, будто во сне.