Моя любимая лгунья

Дело в том, что эти люди уверены, что если ты отмыт снаружи, то нутро никак не подчистишь и кровь не заменишь. Если ты безотцовщина, то ею ты и останешься. При этом сами не замечают дерьма, скопившегося под их кожей.

Законы этого мира просты. Я остался для них сиротой и бандитом со сломанным носом. Жаль их разочаровывать, я планирую здесь задержаться.

Взглянув в ответ с не менее жестким взглядом, я проследил за тем, чтобы она поспешила в дом и закрылась в нем изнутри.

Видимо, тот факт, что подросток – теперь мужчина, ее напугал.

Ухожу обратно.

Провожу в гараже около трех часов. А когда заканчиваю с ремонтом, убираю ключи в кейс, ощутив, что ужасно голоден. Вынимаю наушники из ушей, где льет чистый рок. Принимаю душ и перекинувшись парой смс с другом и, как ни странно – Таей, уезжаю в город.

В торговом центре съедаю пару бургеров и запиваю их колой. Мысленно отмечая, что мне придется затариться в магазине продуктами чуть позже.

Прохожусь по магазинам прикупив несколько футболок и подумываю о том, что мне стоит приобрести подарок девчонке, даже если не пойду в тот клуб.

Осталось решить: что именно?

Час блужданий не привел ни к какому решению. Нет, правда. Мне двадцать пять лет, а я хожу по торговому центру и ищу подарок какой-то девчонке из соседнего дома, с которой знаком три минуты?

Черт, что со мной не так?

Разворачиваюсь и ухожу на парковку, а после уезжаю домой. Но там меня ждет сюрприз.

– Эльвира Анатольевна? – встречаю на пороге дома с веником и совком нашу домработницу.

– Ох, мальчик мой, – она со слезами на глазах бросается на мою шею и обнимает, крепко прижимая сильными руками. – Как жаль… Как жаль Камиллочку и Рому. Ой горе какое.

– Да, мне тоже, – я сглатываю ком в горле, стараясь не показывать свою скорбь.

Не знаю почему, но это я хочу оставить для себя. Выплескивать боль потери в гонке с ветром, стоя у обрыва, наедине…

Она отрывается и, вытащив платок из кармана своего рабочего платья, вытирает глаза.

– А я на операции лежала. Вот только выписали меня и сразу к тебе. Даже попрощаться не успела с ними. Она мне дала выходные и…

– Я могу отвезти вас на кладбище, хоть сейчас. Поговорите с ними.

– Завтра, Арсенюшка, завтра, – гладит по предплечью. – Приберу немного только, смотри, как грязно стало.

– Эм… Я, в общем-то…

– Что? – она смотрит заплаканными глазами, а я и не знаю, как ей сказать, что не планировал кого-то нанимать сюда.