Согрей мое сердце

Он царапнул зубами кожу на шеи, слегка прикусил, облизнул, подул и так нижу к сгибу, а я… я… я все. Он подписал себе смертный приговор. В эту самую минуту продолжает себе его подписывать!

Высвободила руки и перевернулась на спину, чтобы заглянуть в эти наглые зеленые глаза. И снова довольная ухмылка на губах!

Его стоит убить хотя бы для того, чтобы больше ее никогда не видеть!

– Пантин, – опа, а чего голос такой мягкий?

Знаю от чего, но непорядок. Срочно исправить ситуацию. Срочно!

– Фрост, – он сократил между нами и без того небольшое расстояние.

Губы слишком близко. Очень близко. Непозволительно близко.

Сглотнула слишком громко, вдобавок пересохшие губы облизала.

Пантин, чтоб его вендиго пожрал, воспринял это как знак "вперед к атаке".

Успела увернуться и поцелуй пришелся на щеку. Наглец не растерялся – рассмеялся, мне прямо в ухо, опаляя его горячим дыханием и вызывая новую волну дрожи.

– Неприступная, – он медленно повел руками по плечам, не отрываясь, впрочем, от моего уха, – холодная, но горячая, – вновь сцепил пальцы между моими, – и слишком гордая, – завел руки за голову, прижимая их к подушке.

Чтоб не вырвалась, ага. А на меня этот жест, демонстрирующий силу, повлиял как на котенка поглаживания – едва не замурчала!

Метель, какого затхлого скунса ты позволяешь ему… все? Ну, почти все.

– Заканчивай представление, Пантин. Что ты пытаешься доказать? Ты же знаешь, пне достаточно пошевелить пальцем, и ты отлетишь в сторону.

– Знаю, – довольно подтвердил он, снова нацеливаясь на мои губы, – но ты этого не сделаешь.

– С чего вдруг? – выпалила с нервным смешком.

– Потому что тебе нравится, – он все-таки настиг мои губы.

Будь ты трижды проклят, Пантин. Ненавижу!

Плотно сомкнула губы, не желая отвечать на поцелуй. Как бы нацелиться коленом и врезать ему… хотя бы под зад.

– Мне нравится эта игра, – удовлетворенно кивнул Пантин. – Ты все равно покоришься мне, – шепот прямо в губы.

– Я не…

Вот хитрый черт! Ворвался языком мне в рот как ураган, не оставляя пути к отступлению.

И где он научился так целоваться? Выбивая все мысли из головы и оставляя только одно – ощущения. Его умелый язык, горячие сладкие губы…

Надавил коленом, заставляя раздвинуть ноги.

Да гори оно все огнем! Я тебе потом отомщу.

Резко прижался ко мне, урвав все же сладостный вздох. Выгнулась навстречу.