Всё равно люблю

– Ага, вижу… так, минутку, сейчас загрузится и всё будет, – сказал Игорь и его пальцы забегали по клавиатуре. – Чё с руками?

– Что, простите?

Он приостановился, обратившись ко мне:

– Слушай, ничего, что я на «ты»?

– Всё в порядке.

– Как тебя зовут? – спросил, продолжив свою работу.

– Катя —

– Я спрашивал, что с руками у тебя, Катя?

– Обожглась.

– Круто…

– Ты так считаешь?

– А-а, да нет, я имею в виду, что круто ты обожглась, осторожней в следующий раз.

– Да уж, теперь точно буду.

Странный парень.

–Ага, будь. Ну всё, я всё настроил.

– Спасибо, так быстро.

– Да не за что, делов-то на пятнадцать минут. А-а, самое главное забыл сказать, у тебя ограниченные возможности, простыми словами, твоя операционная система домашнего плана.

– Это как?

– Можешь пользоваться не всеми приложениями. Сообщения я тебе заблокировал, так что отправлять их не сможешь. Прости, не моя прихоть.

– О… Хасан приказал? – зачем-то спросила я, заранее зная ответ.

– Угу, – укладывая какие-то предметы в свою сумку, отвечал мне Игорь.

– Верно…

– Ну всё, если что-то понадобится по моей части, говори через охрану.

– Хорошо, – ответила, глядя как он шёл к двери и думала «Игорь, скорее всего не знает, что я нахожусь в этом красивом доме не в качестве гостьи».

Глава 12. Хасан

Прежде чем сесть в машину, чуть помедлив, повернулся к Якудзе.

– Скажи Тихому пусть девчонке ноут принесёт.

– Хорошо, Хас.

– Только чтобы никакого доступа к сообщениям.

– Понял, организую.

– Да-а… вот ещё что, – сказал, почесав подбородок. – Скажи парням, пусть мне запись с камер соберут, меня интересует утро на веранде разговор моей экономки с девчонкой, – что я хотел там услышать понятно, и так Агата её прессовала. И на хрен мне это?

– Всё будет в твоём кабинете, проконтролирую.

– Отлично, поехали, я и так задержался…

Минувшие дни

Полная блондинка средних лет, шла по коридору, тихо ругаясь.

«Снова этот мальчишка, как же он ей надоел. Скорее бы его кто усыновил, да нет же… кому такой зверёныш нужен, снова сбежит, как сбегал из детдома уже тысячу раз».

Открыв двери, вошла в палату, где проживают мальчики. Только она вошла, все разом замолчали.

– Арсоев! – крикнула.

Чернявый мальчик с вьющимися волосами тринадцати лет, сидел на кровати, скрестив ноги, и смотрел на Анну Николаевну исподлобья, прожигая гневным взглядом карих глаз.