Таисия, или Кукла московская. Продолжение

И что с ней обязательно произойдет что-нибудь еще, и она ни при каких обстоятельствах не будет с Федором. А так хотелось быть рядом с ним, чувствовать его сильную руку, видеть его красивые влюбленные глаза, любить и быть любимой. Она легонько вздохнула, еще раз осмотрела себя и свою новую одежку. Ей понравилась ее обновка, ее цвет, помнила, что переодевала ее Лариса, а пижаму купил, скорее всего, Федор.

Тая встала и направилась к открытой двери. Слегка пошатываясь, она медленно прошла по коридору, заглянула в соседнюю комнату, но никого там не увидела.

Там было серо и пустынно. Дождик загнал всех прохожих по домам. И только изредка проедет одинокая машина и скроется в каком-нибудь проулке. И вновь наступит тишина.

Тело ныло то ли от боли, то ли от бессилия. А еще очень хотелось есть. А в памяти снова и снова всплывала мутная вода, тусклое из-под воды солнце, и темнота, в которую она провалилась и проваливалась неоднократно.

Закипел чайник. Тася встала, выключила его и налила себе кофе. Помешивая ложечкой в чашке, она тихонько присела на стул и начала медленно его пить, продолжая смотреть во двор.

Неожиданно на пороге появился Николай. Он вошел так тихо, что девушка совсем не услышала его шагов.

Завидев его, Таисия стеснительно вскрикнула, в испуге встала и нечаянно пролила кофе на стол.

Мужчина всё понял, мгновенно извинился и спешно удалился обратно на улицу.

На шум выбежал Федор. Потирая глаза, он посмотрел на любимую девчонку и очень обрадовался, что она уже встала и сама пришла на кухню.

– Ангел мой! – с радостной улыбкой пошел к ней Тополь.

Он с ходу заключил ее в свои объятия и нежно прижал к себе.

– Там Николай приходил, – напомнила она, а сама жутко стеснялась, что стоит перед ним в неглиже.

– Это неважно. Как ты сама?

– Есть захотела, – слабым голосом отвечала Тая.

– Девочка моя! – проговорил Федор, – теперь все будет хорошо.

– Ты выйди, там брат ждет.

– Еще подождет. Он мужик умный и все поймет.

– Иди, – настаивала она, стесняясь его присутствия.

– Сейчас, – радостно проговорил он и метнулся в комнату.