Ректор на выданье

Неизвестно, чьи просьбы его величество удовлетворит с большим желанием и когда ему надоест их удовлетворять.

– Нахожу, – серьезно ответила я. Посмотрела ему прямо в глаза. – Если вы не шпион, то зачем вы здесь?

Несколько мгновений Гайнорис молчал, словно раздумывал, потом ответил:

– Леди Магрит, возможно, мне следовало бы сказать, что однажды я встретил вас, допустим, при дворе и был поражен вашим умом и красотой. И решил оказаться рядом с вами подобным способом. Примерно это, вероятно, подумал его величество, когда, улыбаясь, подписал указ.

Опять прячет улыбку. Паразит.

Причем мне-то как раз ничего подобного не приходило в голову.

– Я не настолько женщина, Гайнорис, – резко и твердо ответила я. – Этот вариант точно не пройдет. Так зачем вы здесь?

Он опустил глаза, очевидно, снова раздумывая. Потом поднял взгляд на меня и совершенно спокойно и серьезно ответил:

– Я здесь, чтобы защитить вас.

– От чего? – удивленно подняла брови я.

Тоже мне, защитничек нашелся! Никакой опасности для меня нет, к тому же если уж я не смогу с чем-то справиться сама, то у меня есть друг-дракон и Черноглазка, тоже не самый глупый и слабый мужчина.

– Не знаю пока, – непринужденно пожал плечами Родвер.

– Может быть, объяснитесь? – Я ощутила, что начинаю по-настоящему закипать, а мои планы заехать по его твердокаменной физиономии все ближе к исполнению.

– К сожалению, не могу, ваше сиятельство.

– Ага, значит, все же военная разведка, спецслужбы и прочее? – усмехнулась я. – Правильно ведь говорят, что бывших шпионов не бывает.

– Возможно, – спокойно ответил он.

Непонятно, что именно «возможно»: то, что преследует некие государственные интересы, или что «бывших не бывает».

– Что же, – я встала, и Гайнорису тоже пришлось подняться на ноги. – Что же…

Выгнать его прямо сейчас – невозможно.

Издевательство.

Правда, я дала ему последний шанс:

– Родвер, вы ведь понимаете, что после того, как вы навязались мне, наше взаимодействие будет происходить… не всегда приятным для вас образом?

– Разумеется, ваше сиятельство. Но я искренне надеюсь, что со временем, видя мое усердие, – едва заметная усмешка, – вы измените свое мнение обо мне.