Ректор на выданье

Но то, что Родвер выкрутил мне руки, я не прощу. Значит, война, мистер Гайнорис. Вы сами ее начали.

Я свернула бумагу, убрала обратно в конверт. Написала распоряжение о назначении Гайнориса моим секретарем – а что еще оставалось делать – и отправила Мику в отдел кадров с обеими бумагами. Шепнула ей: «Сделай так, чтоб каждая собака в академии знала, что Гайнорис назначен распоряжением короля. Пусть его подозревают в шпионаже и в чем угодно. Пусть все знают, что мне его навязали».

И мы с Родвером остались наедине.

– Родвер, зайдите ко мне в кабинет, – коварно улыбнулась я.

А что он хотел? Надумал стать секретарем, так и называть его я буду, как принято называть секретарей, – по имени.

С вежливой улыбкой он прошел в мой кабинет и закрыл за собой дверь.

– Садитесь, – продолжила я. – И позвольте задать вам несколько вопросов.

– Внимательно слушаю. – Весь олицетворение ироничной почтительности.

Вот так и заехала бы по его уверенной физиономии! В отличие от Бара, он почувствует: человек ведь.

Но нет. Конечно, я не унижусь до этого. Тем более формально-то не за что. Будем играть по-другому.

Я перешла на глубокие ноты:

– Итак, даже после этого королевского указа вы будете утверждать, что не присланы шпионить за мной?

– Буду, ваше сиятельство, – лукавый блеск в глазах.

– Как же тогда вам, Родвер, – специально выделила его имя, – удалось уговорить его величество подписать это безумное распоряжение?

Родвер, кажется, спрятал улыбку, по крайней мере, его губы странно скривились.

– Признаюсь, у меня есть некоторые заслуги перед отечеством, – вежливо и серьезно ответил он. – Я всего лишь попросил его величество, и он пошел мне навстречу. Полагаю, его величество не слишком вдавался в курс дела, лишь удовлетворил мою просьбу.

– А вам не кажется, Родвер, – улыбнулась я, – что и у меня, возможно, есть некоторые заслуги перед отечеством и я тоже могу попросить короля отменить этот странный указ?

Он остался невозмутим, но в глазах я уловила колкий блеск.

– Ваше сиятельство, а вам не кажется, что это может превратиться в бег по кругу?

А вот тут он прав.