Попаданка за пять монет

 – Как в жены можно продать?

– А как еще становятся чьей-то женой? – очень устало вздохнул Морин. Видимо, ему приходилось объяснять эту очевидность уже не первый раз за сегодня, вряд ли все другие девочки прямо-таки привыкли к подобному безобразию. – Жену покупают – у родителей – по большой цене. А кто желает иметь семью и потомство, но не имеет достаточно средств, идет на рынок невест и приобретает себе жену там.

– Что? На рынок? По дешевке то есть? – совсем растерялась я. Ну, выкуп у родителей еще можно понять.

– Почему по дешевке? – криво улыбнулся Морин. – На рынке разный товар бывает. Иногда такие экземпляры попадаются, что уходят по цене большей, чем у родителей. Или на аукционе. Кстати, некоторые родители пользуются услугами торговцев невестами, ведь не всякую девушку легко пристроить самим. Ладно. – Он бросил взгляд на второго. – Сначала инструктаж, потом решим по распределению.

«Хм… Значит, и публичные дома здесь есть! И какие-то камбезики…» – подумала я.

Дикие нравы. А мне обещали «распростертые объятия».

Стало обидно и захотелось оторвать Эйнштейну его большой нос. Интересно, он врал, что все миры лучше нашего? Как может быть лучше мир, где женами торгуют. А любовь, ухаживания и цветочки? Секс по любви, в конце-то концов?

Я сердито опустила глаза.

– Давайте инструктаж. Рассказывайте, как у вас тут все устроено.

– Итак. – Голос Морина изменился, став более торжественным. – Мы рады приветствовать тебя в мире Грайанос, попаданка Анна Вячеслава…

– Вячеславовна! Это отчество такое!

– Не важно! Да будет тебе известно, что наш мир расположен в самом центре системы миров. Поэтому надмагические процессы…

Я усмехнулась про себя. Совсем недавно эти «процессы» Эйнштейн называл квантовыми.

– …приводят к тому, что из нашего мира никто не выходит. Но почти все, кто попадает в разрывы структур мироустройства, сваливаются к нам.

«Разрывы структур мироустройства – это, видимо, какие-то спонтанные “порталы”», – подумалось мне.

– В былые времена попаданцы и попаданки бесхозно бродили по улицам городов. Нередко гибли, не зная языка, неспособные найти место в жизни. К тому же с ними часто были связаны волнения.