Рассказы. Волшебный полёт

Дотронувшись до правой стороны, где во внутреннем кармане лежал заветный хрустальный осколок – маленький сувенир на память о хрустальных горах – он снова вздохнул, потом завёл двигатели, включил светофильтры и поднял протоплан в воздух…

Прошла неделя после того, как Ажжио побывал в хрустальных горах. С того дня он потерял покой и аппетит, на работе не мог сосредоточиться, а по ночам его мучили кошмары. Он не мог думать ни о чём, кроме хрустальных гор, и с каждым днём становился всё мрачней и мрачней.

Окружающие замечали настроение Ажжио, но никто не понимал, что с ним происходит. В конце концов один из его друзей не выдержал и спросил, в чём дело.

– Я был там, – ответил Ажжио. – Я снова вернусь в горы.

– Ты с ума сошёл! – выдохнул Кю?сман.

– Думай, что хочешь, – отмахнулся Ажжио.

– Но ведь ты умрёшь!

– Я знаю.

Кюсман с сожалением посмотрел на друга.

– Ты точно спятил, – заключил он, подпирая одной из четырёх рук голову, а другой потёр зачесавшийся правый третий фасеточный глаз.

 – Как ты выберешься? Твой пропуск уже недействителен.

– Ночью, когда сменяются патрули, проход на несколько минут остаётся свободным, – сказал Ажжио.

– Когда летишь?

– Сегодня.

Кюсман немного помолчал, задумчиво глядя на своего товарища, потом широко улыбнулся и сказал:

– Удачи тебе.

Ажжио ждал, когда наступит время смены патрулей, и нервно подёргивал нижней парой рук. Хотя протоплан и был надёжно сокрыт в нише, образованной в обрыве водой, доаминец всё же нервничал.

Если его заметят, прощай горы, прощай свобода и здравствуй каторга.

Хронометр на браслете пикнул. Ажжио включил ночные фильтры и стал высматривать патруль. Прошло довольно много времени, но никто не появился. Неужели он их пропустил? Ах, вот слева показались сигнальные огни патрульного протоплана. За ним тянулся пузатый шлейф светящейся голубыми силовыми нитями сетки, в которой жалобно горели зрачки огней летающей машины такого же рискового смельчака, как Ажжио.

«Не повезло бедняге», – подумал он и приготовился стартовать.

Протоплан мягко выскользнул из ниши и крадучись понёсся в направлении гор. Только когда аэрометр показал более трёх тысяч единиц расстояния, Ажжио позволил себе расслабиться. Свобода! Он свободен! Он скоро увидит хрустальные горы! Сердце трепетно забилось, и Ажжио ощутил ободряющее тепло на груди с правой стороны. Он дотронулся до хрустального осколка и счастливо рассмеялся.